Я не договорила, потому что в этот самый момент мирную ночную тишину вокруг нас разорвал пронзительный женский визг, донесшийся из глубины лабиринта. Кадо оттолкнул меня и бросился внутрь, а я растерянно отступила, судорожно пытаясь придумать, что делать дальше. Почему она закричала? Неужели Стоуны не посвятили ее в то, что должно было произойти в лабиринте? Неужели омега не знала, что завлекает Сэма на верную смерть? Но… в этом же не было совершенно никакого смысла. В этом не было…
— Хана! — Я ощутила, как кто-то сжал меня за плечи и резко развернул назад. От шока я не успела даже закричать, а в следующую секунду уже оказалась нос к носу с Кэсс. Ее белое лицо с красными губами походило на маску, и сперва я даже не понимала, что она говорит: — …Да послушай меня. Вам надо уходить. Немедленно! Тут полно полицейских под прикрытием, и они ждут… только и ждут сигнала. Хер Великого Зверя им в задницу, они все центральное управление сюда согнали! — Она нервно обернулась через плечо, чтобы убедиться, что по кипарисовой аллее за ее спиной еще никто не бежит.
— Полицейских? — отупело повторила я. — Что… В каком смысле, полицейских? Полиция приехала сюда охранять бандитов?
— Полиция приехала охранять гостей высокопоставленного чиновника. Это совершенно другое дело! Джером… Этот сукин сын сообщил им, что готовится покушение на одного из приглашенных. Я только узнала. Мне удалось выиграть для вас пару минут, не больше.
Она врала. Я видела это по ее лицу, я чувствовала это в ее запахе, который выдавал не столько гнев, сколько страх и растерянность. Она все знала с самого начала, но почему-то в последний момент решила все переиграть.
— Вот. — Она сунула мне в руку что-то холодное и металлическое. — Это ключи от моей машины. Садитесь и уезжайте, потом я сама вас найду.
— Почему ты нам помогаешь?
Я знала, что нет смысла и нет времени спрашивать, но не могла отпустить ее просто так. И в ее глазах я вдруг прочла ответ — тот самый, что одновременно был ответом на вопрос, который я задала ей днем. Омега уже тоже не понимала, почему слушается Джерома и играет по его правилам. Но вслух она сказала другое:
— Потому что я не хочу стать для твоего альфы следующим Сэмом, Хана.
Ее последние слова заглушили выстрелы, донесшиеся у меня из-за спины. Я вскрикнула, дернулась к лабиринту, но Кэсс меня удержала.
— Что там происходит? — одними губами спросила она.
— Кадо, — ответила я. — Он был с ним. Ты знала? Ты ведь знала, правда?
— Тупая шлюха, — выругалась омега. — Ей же ясно было сказано, чтобы он был один. Какого Зверя…
Из лабиринта в нашу сторону метнулась тень, огромная и страшная, словно призрак обитавшего внутри чудища с головой быка, но я бросилась ей навстречу еще до того, как свет выхватил из темноты лицо.
— Йон!
— Я в порядке, — тяжело выдохнул он, внезапно навалившись на меня всем телом и едва не опрокинув на землю. От него пахло потом, яростью — и кровью. Крови было слишком много, чтобы я могла вот так сразу понять, его она была или чужая. — Нужно уходить.
Увидев Кэсс, он сбился с шага и зарычал, обнажая клыки.
— Она здесь, чтобы помочь, — торопливо проговорила я, поддерживая его и с ужасом ощущая, что он опирается на меня слишком сильно. Словно иначе может вовсе не устоять на ногах.
— Они уже идут. — Кэсс выглянула в аллею, где постепенно набухали и разрастались голоса. — Идите другим путем, через сад. Живо! Я постараюсь увести их со следа, но там почти наверняка есть гончие, так что…
— Идем! — Я не стала тратить время и потащила Йона за собой в темноту. Я вообще не представляла, куда мы идем, но мне почему-то казалось важным обогнуть дом с другой стороны, чтобы он оказался между нами и преследователями. В другой части сада, где располагалась оранжерея, было меньше света, туда проход гостям был закрыт. И нам нужно было просто оторваться от гончих и добраться до парковки.
— Хана! Хана, постой. — Йон остановил меня, когда мы чудом не скатились в декоративный ручей, и дернул на себя, увлекая под нависающий над ним берег. Там было мокро и как-то слишком холодно, но зато шум воды почти заглушал наши голоса. — Нужно… нужно решить одну проблему, прежде чем мы пойдем дальше, ладно? Я не хочу тебя тормозить.
— Он ранил тебя, да? — обреченно спросила я. — Куда? Йон, насколько все плохо?
— В бедро, — отозвался он. — Артерия не задета, думаю, но крови все равно… много. Надо с этим разобраться, прежде чем идти дальше.
— Йон, я не уверена, что…
— Просто дай руку, маленькая омега, у нас нет на это времени.
Я послушно дала ему левую руку, и мы переплелись пальцами — так, как делали это много раз. Только вот я не почувствовала никакого тепла и не увидела золотистого мерцания, что обычно сопровождало целительную магию метки. Ничего, только темнота и холод.
— Почему… почему не работает? — напряженным голосом спросил альфа.
— Это из-за меня, — побелевшими от ужаса губами прошептала я. — Я хотела ее разорвать, я… я повредила ее, Йон. Ритуал… тот ритуал… Я давно хотела тебе сказать… Я все это время хотела…
