– Блин, ты же не в курсе… После твоего уничтожения Сервера достаточно много людей отказалось передавать свои пикониты под контроль Сердца. Ладно, если бы это была небольшая кучка твердолобых личностей, но постепенно это набирает лавинообразный эффект и превращается в целое движение, во главе которого ставят свое право жить без контроля системы над собой.
– Хм, весьма интересно, и как понимаю, их совершенно не смущает, что репликации им теперь недоступны, как и умения, завязанные на пиконитов, у них, скорее всего, тоже не работают, – почесал я задумчиво подбородок.
– Точнее, все связанное с нейроинтерфейсом у них не работает. Но основной костяк фанатиков это не смущает. А вот целый пласт преступных элементов, которые среди них затесались, вообще всем довольны. Ведь теперь нет контроля над их действиями, а значит, большая часть преступных действий остается незафиксированной и, соответственно, теперь недоказуемой. А самое противное то, что они очень сильно завлекают к себе молодежь, которая еще не успела активировать своих пиконитов. А под влиянием этого движения могут вообще никогда не активировать.
– Я думал, они сами активируются, просто до определенного момента находятся в спящем режиме.
– Почти так, – кивнул Саныч. – Но для полноценной работы им нужно подключение к информационной базе, которая делается на обычном плановом медобслуживании. Главное, чтобы они были готовы к подключению. Но если пациент выражает прямой отказ, то такого подключения не происходит, сам же знаешь, как Сердце относится к таким моментам.
– М-да… Как я понимаю, проекты по возрождению Альфарима идут в таких условиях со скрипом.
– Да, и именно поэтому нам позарез нужно пополнение ресурсами, слишком много времени уходит на поиск и переработку уже имеющихся.
– Ага, вот и подошли к сути вопроса, – ухмыльнулся я. – Решил теперь ты попробовать уговорить меня войти в совет?
– Естественно, ведь гражданские в совете просто до коликов тебя боятся. И если ты явишься на совет с правом голоса и заявишь, что нужно сделать так или по-другому, то в большинстве вопросов они и пикнуть не посмеют против, – развел Саныч руками.
– Ну, спасибо, что хоть честно.
– Пф… А по-другому с тобой не получается, попытки играть в темную мне слишком много раз и слишком сильно аукнулись за последние пару лет.
– А чего Андрея не возьмете?
– А он послал нас… к тебе. Андрей сейчас обустраивает тренировочные центры для молодежи, попутно выискивая и восстанавливая систему безопасности Альфарима. Сказал, что не зря Атланты так сильно волновались об обороне Альфарима, так что ему нужно успеть наладить все до того, как ты полноценно вступишь в игру.
– В смысле обустраивает тренировочные центры? А откуда у него такие ресурсы? Он же вроде не стал отдельную организацию делать, как изначально планировал.
– Так ведь он занял должность главы Службы Безопасности Альфарима.
– М-да… Чуть меньше года не был полноценно наверху, не считая пары выходных с семейством, а оказывается у вас там все настолько серьезно поменялось….
Договорить нам не дал грохот в коридоре и какие-то невразумительные крики, приглушенные толстой дверью комнаты. Учитывая, что за последние несколько месяцев тут не происходило абсолютно ничего из ряда вон выходящего, я оказался возле двери чуть ли не со скоростью света.
– … да мне глубоко посрать, чья вы охрана и какие у вас полномочия, – донесся до меня уже конец фразы Иралы. – Я вам даю пять секунд, и либо вы исчезаете с моего поля видимости, либо эти пукалки, которыми вы в меня тычете, я вставлю вам в задний проход и проверну восемнадцать раз против часовой стрелки, накручивая анальную резьбу для установки глушителя.
– Интересно, а зачем им там глушитель? – шепотом поинтересовался Саныч, уже стоявший возле меня.
– Чтобы в следующий раз при встрече с ней страх выходил тихой струей, а не громким хлопком, – улыбнулся я, вспомнив, как точно эту же фразу пару месяцев назад применял на тренировках приданной мне пехоты. Только ситуация была другая. – Отставить накручивание непредусмотренной заводом резьбы! – уже более громко и командным голосом вмешался я. А то ведь с Иралы станется еще и выполнить свое обещание.
– Волпер, эти трижды контуженные гранатой без запала личности с какого-то перепуга решили, что они имеют право меня куда-то не пускать, – развела руками в стороны Ирала, показывая, что она тут как бы не при чем. А я себе сделал мысленную заметку поменьше армейских оборотов использовать на тренировках, а то скоро полсостава будет общаться только армейским матерным языком.
