Джон просыпался очень неспешно, как бы нехотя. Он уставился в потолок, сбитый с толку, потому что это был не его потолок, не его спальня. В конце концов, он понял, где находится. Накануне ночью он приполз в постель Шерлока, обложил себя подушками и уснул, вдыхая его запахи.
Что за странный поступок, лениво думал он, сжимая подушку в руках. Я ведь не сплю в шерлоковой кровати. Может, это сон. Ну, стоит взглянуть правде в глаза: это был бы не первый сон, в котором он оказывается в постели Шерлока. Хотя в тех, других снах Шерлок обычно тоже был в постели. Но Шерлока здесь не было, только запах шампуня и его пота, и его самого.
И наконец, Джон вспомнил.
Этот момент ощущался как пробуждение на следующий день после конца света.
4
Очень полный мужчина, от которого пахло грязными носками, был прижат к Шерлоку, когда тот проснулся. Вагон оказался забит людьми ещё сильнее, чем тогда, когда он наконец смог уснуть. Одним из новых пассажиров был мужчина, от которого несло, как от сточной канавы.
Почему-то, после всех этих пробуждений, что имели место за прошедшие два месяца, проснуться здесь, в шумном албанском поезде, прижатым к этому отвратительному человеку, казалось почти самым худшим. Что просто смешно, конечно же. Он умер, типа того. Он убивал, жестоко. Он вынужден был уехать от всего, что имело для него значение. От всех, кто имел значение. Однако, тем не менее, это было ужасно.
Закрыв глаза, он вспомнил пробуждение на Бейкер-стрит, на диване, весь перепутанный с Джоном Уотсоном, от которого пахло “Эрл Грэем”, и шерстяными свитерами, и мятным кремом для бритья.
Огромная фигура рядом с ним пукнула.
Шерлок отказывался давать свободу влаге, что защипала под веками, хотя ему хотелось этого больше, чем когда-либо. Он не заплачет.
Его последние слёзы были пролиты на крыше Бартса. Те слёзы были по его другу. По тем страданиям, которые, он знал, ожидают Джона в дальнейшем.
Слёзы, которые собирались пролиться сейчас, были только по нему самому, и он их не заслуживал.
5
Это пробуждение не было лёгким.
Джон, казалось, словно бы пытался вытащить себя со дна очень глубокой ямы, сквозь слои густого сиропа. Он пробивался наверх, к едва заметному свету, гадая, стоило ли вообще стараться. Легче, наверное, просто утонуть и позволить сиропу поглотить его.
Но спустя очень долгое, как ему казалось, время, ему удалось сделать глубокий вдох и открыть глаза. Он обнаружил себя лежащим на кровати, окружённой пикающей и щёлкающей медицинской техникой.
Первое, что он увидел - человек, сидящий на стуле рядом с кроватью.
Нет, не просто какой-то человек.
Шерлок.
Хотя у него, казалось, болело везде, он нахмурился не из-за себя, а из-за своего мужа. Шерлок был бледен (не своего обычного фарфорового оттенка, а будто из него высосали все жизненные соки), и его одежда была помята, а волосы выглядели грязными, под закрытыми глазами - мешки. Впервые за всё время Шерлок выглядел много старше своего возраста.
Джон пытался припомнить, что же произошло, но вначале была лишь пустота. Затем, медленно проявилось неопределённое бесформенное воспоминание. Улица, шум, крики, что-то большое и ярко-зелёное неслось на него. Мгновение, не больше, ужасной боли, и затем чернота.
До настоящего момента.
Пока он рассматривал его, Шерлок пошевелился, будто ощутив внимательный взгляд. Моргнув дважды, он улыбнулся.
- Джон, - пробормотал он, - ты наконец проснулся. Они сказали, что ты просыпаешься, но это было несколько часов назад.
- Прости, - едва слышно произнёс Джон.
Шерлок поднялся со стула и встал рядом с кроватью.
- Я… волновался, - сказал он, бережно касаясь руки Джона. - Было похоже, будто ты собираешься нарушить обещание никогда не покидать меня.
Джон хотел покачать головой, но даже подумать об этом было больно.
Шерлок нагнулся и оставил лёгкий поцелуй на щеке Джона, а затем опустил голову на подушку рядом с ним и вздохнул.
Джон заснул снова.
6
Звук дождя, бьющего по стеклу, разбудил Шерлока, но на этот раз он не был против. Ему было даже приятно, поскольку, не имея в данный момент дела, просто идеально было бы провести безмятежный день в квартире, сухой и тёплой.
Окончательно проснувшись, он аккуратно откатился, чтобы взглянуть в лицо человека, спящего рядом с ним.
Джон снова был похож сам на себя, спустя восемь месяцев после жуткой аварии, почти убившей его. Он всё ещё довольно быстро уставал, хотя и отказываться признавать это, и снова хромал, но ничто из этого не имело никакого значения. Он был жив.
Шерлок провёл пальцами по щеке Джона.
- Ты проснулся?
- Ну, теперь уже да, - ответил Джон с притворным возмущением.
- Доброе утро. Хотя, кажется, на улице льёт как из ведра.
- Отлично. - Джон открыл глаза и улыбнулся. - Думаю, мы просто останемся дома на весь день.
- В точности мои мысли.
- И каким же, позволь поинтересоваться, образом мы проведём день после празднования нашей десять-лет-и-восемь-месяцев годовщины?
Шерлок скривился.
- Празднование немного запоздало.
- Но ожидание того стоило, - Джон хихикнул. - Ужин в зале с мумиями Британского Музея? Ты чёртов гений.
