Я часто, держа в руках фотографию своей матери, разговаривала с ней. За эти пять лет, что её не было в моей жизни, со мной случались многократные взлёты и падения, которыми я делилась с одним из самых дорогих людей в моей жизни. Но иногда я всё же общалась с мамой, сидя на хлюпкой лавочке возле её могилы. Рак мозга отнял у меня человека, который восемнадцать с половиной лет назад подарил мне жизнь. Он отнял у меня частичку моего сердца, без которой было очень трудно жить и не одной мне. Моя старшая сестра - Саша, после смерти матери стала всё чаще уезжать из дома, объясняя это многочисленными командировками, в которые её отправляло начальство. А папа... Даже думать о нём не хотелось. Слишком больно. Слишком обидно. Пять лет назад он замкнулся в себе. Его другом стал алкоголь, и вскоре спутницей нашей семьи стала нищета. Школа тогда для меня была единственным местом, которое помогало отвлечься от горестных мыслей. Я стала проводить больше времени в ней, чем у себя дома.
Убрав фотографию в карман, я вновь прислонилась лбом к стеклу. Горестные мысли снова истощили мой запас сил, поэтому я поспешила отправиться в душ, где меня ожидал весьма приятный сюрприз. Первый раз за свою жизнь в свои объятия меня приняла ванна, а не тазик, купленный на распродаже. После всех королевских водных процедур я легла на большую кровать, которая с радостью приняла меня в свои теплые и мягкие объятия. Засыпала я с улыбкой на лице, так и не заметив того, что помимо меня в номере находился кто-то ещё.
ГЛАВА 2
126 лет назад
- Каждый может ошибиться, но это же не повод совершать такое! - кричал мужчина, меряя шагами просторный кабинет, в котором полностью отсутствовал свет. В самом дальнем углу что-то зашевелилось, издавая чмокающие звуки.
- А чем ты не доволен? - спрашивала режущим по стеклу голосом, казалось, сама темнота. - Хотел наказания? Хотел. Я лишь исполнил твое желание. Теперь им никогда не выбраться оттуда.
Последовал горький смешок из угла. Мужчина остановился, а затем, опустив голову, тихо и печально проговорил:
- Я просто хотел наказать виновных в смерти своей жены.
- Они и наказаны! Причем, как и полагается, по справедливости. Ты благодарить меня должен, а не упрекать! - злобно проворчал голос из темноты. Нечто вновь зашевелилось, что-то злобно бурча.
- Нужно немедленно их освободить, слышишь? - закричал мужчина. - Немедленно!
- Ничего уже не изменить, - отозвался голос.
- Ошибаешься! Ты просто не хочешь этого делать! Ведь так? Тебе же это на руку? - мужчина обреченно рассмеялся. - И как же я раньше этого не заметил! Глупец! Глупец!
- Не совсем глупец, раз признаешь это, - ободрено произнёс голос из темноты.
- И меня ты теперь тоже убьешь, - с горечью произнес мужчина, устремив свой взгляд в угол, где пребывало нечто.
- Я подумаю над этим предложением, - усмехнулось оно.
- Сначала попробуй меня победить! - прокричал мужчина, и вокруг него загорелся голубоватый огонь, образуя нечто, наподобие магического круга.
Вдруг на мужчину набросилось тёмное нечто в виде большого облака, но тут же отпрянуло и громко рассмеялось. Этот звук, казалось, мог достать до самого сердца, но вместо этого у мужчины из ушей пошла кровь. То же случилось и с носом. Неожиданно человек начал оседать, читая какие-то заклинания в попытке спастись. Однако силы стремительно его покидали. Вдруг кровь хлынула и из глаз, а огонь, который служил защитой, потянулся своими языками к мужчине, обжигая его, отчего тот заревел, подобно зверю, которого сжигали заживо. Отчасти так оно и было.
- Как видишь, победить тебя мне не составляет никакого труда, - уверенно заявило тёмное нечто, - но убивать тебя я всё-таки не намерен. Смерть - слишком доброе да и лёгкое наказание. Отныне ты тот, кем являюсь я сейчас! Отныне ты Тень!
Почти закрытые глаза мужчины широко распахнулись от ужаса, а в темноте ещё раз раздался громкий и вместе с тем ужасающий смех порождения зла.
Маша
Проснулась я, как нас и просили учителя, к полудню. Раскрыв шторы, я увидела город при свете дня. Это зрелище ничуть не уступало ночному Карадвинску, который я не смогла бы никогда выбросить из своей памяти. Умывшись и причесавшись, я решила покопаться в своем рюкзаке на предмет наличия подходящей одежды для похода в музей. И такая сразу же нашлась - черно-серое платье чуть ниже колен выглядело хоть и не богато, зато сидело на мне хорошо. (Спасибо моей старшей сестре Саше за то, что перед отъездом в свою командировку она провела ревизию в наших одеждах, с целью найти подходящие для Карадвинска вещи, в которых я могла бы чувствовать себя хотя бы не белой вороной). Из обуви я выбрала чёрные дорогие кроссовки (подарок Саши на моё восемнадцатилетие).
Включив плазменный телевизор, я стала смотреть какую-то утреннюю программу и дожидаться заказанного завтрака. Не прошло и десяти минут, а я уже наслаждалась круассанами с вишневым джемом, запивая их "Каркадэ". Эх, как хорошо всё-таки жить за чужой счёт. В данном случае, за счёт тех, кто оплатил эту поездку.
