– Ой, ну откуда я знаю, кого Эмма Васильевна приглашала! Я и не помню вовсе. И вообще! Не хотел я этой свадьбы!! Мне сразу жених этот, Мишка, не приглянулся! Не пара он нашей Валентине, совсем не пара! Вот я говорил, говорил, а меня хоть бы одна холера услышала! «Давайте за сва-а-адебку!» А мне этот жених… Сейчас вот Валя погибла, а он где?! Нет, вы носом-то не крутите! Отвечайте! А вы и не ответите! Потому что нет его – удрал с бабами гулять, упиваться с горя! От тоски пошел во все тяжкие!! Гад! Я сразу говорил! А меня не слушали!.. Поэтому в день свадьбы я и вовсе – встал пораньше и ка-а-ак наклюкался! Раз не хотите меня слушать, нате вам мое бездыханное тело! И получается, что вообще ничего сказать не могу, я же очнулся только на следующий день! А вводить в заблуждение нашу милицию не в моих правилах!
Дамы переглянулись – Геня настырно не хотел сотрудничать.
– Ну хорошо, назовите нам адрес вашей сватьи. Значит, зовут ее Лера, так? А фамилия, отчество, где работает? – снова приступила к допросу Василиса.
Однако никакого допроса не получилось – Геня вдруг заныл, стал истерично всхлипывать и закидывать голову на подушки:
– А зачем вам Лера? Все ковыряетесь, да? А мы, между прочим, решили, что нам не нужно ничего выяснять, понятно?! Мы, между прочим, подумали с Эммой Васильевной, Валю вы все равно не вернете, а вот репутацию нашу так измажете, так измажете…
– Чем это, интересно знать, мы измажем…
Но Геня не дал договорить – он в десятый раз брякнулся в подушки, зачем-то потеребил нос и наконец со злорадством сообщил:
– Все! У меня от ваших вопросов уже кровь из носа пошла! Так и есть! Довели. Сейчас вся выйдет, засохну, как кактус.
У него и вправду с носом случились какие-то неполадки. Люся, увидев кровь, кинулась по комнатам искать аптечку или хоть какой-то кусок ваты, чтобы заткнуть хныкающему свидетелю нос. А тот тем временем слабеющим голосом простонал, обращаясь к Василисе:
– Вы вот, длинненькая, не сочтите за труд, подайте-ка мне бумажечку, там на столе лежит. Я сейчас черкану, что в случае инсульта в моей смерти прошу винить… Как ваши фамилии?
Василиса не поленилась – подошла к столу и увидела несколько записок: «В случае моего несчастного падения с балкона прошу винить…», «В случае автодорожной аварии прошу винить…» Там же предусмотрительно лежала записка на случай инфаркта, заражения птичьим гриппом и черной оспой. Везде пустовало место фамилии виновного. Вероятно, Геня пугал собственной кончиной многих.
– Ну чего вы роетесь? Дайте я напишу, что в моей гибели виноваты… – поторопил ее Геня.
Василиса веером разложила записки в руке, принялась ими обмахиваться, как опахалом, и лукаво проговорила в нос:
– Какое сокровище я обнаружила! Вы, господин Геня, собственной рукой написали алиби любому убийце! Какая продуманность! Сейчас вас кто хошь возьми и грохни, а в записку, вот сюда, в пустое место, печатными буквами кого угодно вписать можно. И все шито-крыто!
Мужчина побледнел, приготовился прыгнуть за листком, но в это время из спальни пулей вылетела взлохмаченная Люся, ухватила Василису за руку и рванула к выходу.
– Во как ответственности испугалась, – злорадно фыркнул Геня и гостей останавливать не стал.
В подъезде Люся ногой забарабанила в квартиру соседки, та не успела открыть, как хрупкая Людмила Ефимовна снесла ее дверью.
– Телефон!! – рявкнула она и кинулась к трубке.
Василиса вся подобралась, на всякий случай зажала рукой рот испуганной соседке, которая всерьез собралась завопить, и замерла.
– Алло!! Милиция? Срочно приезжайте, у нас здесь убийство!! Муж зарезал жену, вся спальня в крови!! Адрес?.. Какой у вас адрес? – обратилась она к соседке. – Вася!! Да открой же ей рот!
Василиса открыла рот своей жертве, но ровно настолько, чтобы та успела продиктовать улицу и номер квартиры. Потом ее длань снова прочно устроилась на губах хозяйки.
– Есть!! – по-солдатски вытянулась возле телефона Люся и брякнула трубку на рычаг. – Все, Вася, отпускай барышню.
«Барышня» опустилась прямо на пол. Подруги на прощанье похлестали ее по щекам, привели в чувство и посоветовали никому дверь не открывать.
– А мы милицию в подъезде подождем, – распорядилась Люся, осторожно выскользнула из квартиры и на цыпочках направилась на площадку выше этажом.
Следом за ней, мимо дверей злодея Гени, прокралась и Василиса.
– Подождем милицию здесь, чтобы он не вздумал улизнуть, – шепотом пояснила Люся и принялась рассказывать: – Представляешь, я в спальню захожу, чтобы вату найти или бинт какой, а там… Вот представь – огромная кровать, вся разворочена, и везде кровавые брызги!
– Ужас! – схватилась за щеки Василиса.
– Я сразу смекнула, что это он свою жену Эмму Васильевну прикончил, а нам сказал, что она уехала в санаторий. Какой, к черту, санаторий, когда у дочери еще девять дней не отметили. Нет, это он ее… ножом, наверное…
Подруги в ужасе сцепились руками и постарались успокоиться.
– А ты не проверила – трупа нигде не было? Может, под кроватью или там за батареей? – вспомнила Василиса.
