К этому времени я уже многое узнала о Тэде. Его раздражающие бесконечные вопросы вызывала привычка получать ответы из местный сети данных на каждую мимолетную мысль. Периодическое неосознанное высокомерие было связано с общим отношением к нему на Адонисе. Глубокая подспудная неуверенность возникла потому, что он рос, зная, что будущее пятисот миров зависит от его практически сверхчеловеческих действий. Я даже знала то, чем он никогда не делился с другими: о его тайных чувствах к Элли и долге перед ней за вживленный в его мозг имплант.
Тэд тоже многое выяснил обо мне, например, как стресс заставляет меня бросаться на людей, пытающихся помочь.
Мы уже дошли до двери в конце коридора, поэтому я остановилась и повернулась к спутнику.
— Да. Прости. Я до тошноты волнуюсь. Знаю, что Сопротивление уйдет за Доннелом из Нью-Йорка, но подразделения примут свои решения.
— Думаешь, они захотят остаться? — Тэд покачал головой. — Доннел им не позволит.
— Он не может заставить подразделения покинуть Нью-Йорк, — возразила я. — Лидер каждого из них решит, что делать. Если кто-то не поверит в приближающийся огненный шторм, то вынудит остаться и других членов подразделения. Сегодняшняя встреча определит, кто покинет Нью-Йорк и выживет, а кто сгорит заживо.
Я все время представляла себе эти смерти, вселяя в свои старые воспоминания о лондонском пожаре людей, с которыми познакомилась в Нью-Йорке. Я поняла, что близка к слезам, и утерла глаза тыльной стороной ладони. Плач лишь ухудшит дело.
Тэд потянулся ко мне.
— Никто не сгорит заживо, Блейз. Обещаю, этого не произойдет.
На мгновение я позволила себе расслабиться в успокаивающем тепле его рук, затем отступила и покачала головой.
— Ты уже должен знать, Тэд, что из себя представляют главы подразделений. Не все согласятся уйти с нами.
Я приложила ладонь к защитной пластине двери, и та послушно открылась. Миновав ее, я услышала судорожный вздох Тэда.
— Наверное, мне следовало этого ожидать, — смущенно сказал он. — Но я не ожидал.
Я и сама испытала странное потрясение. В этой части здания не было окон. В мой прежний приход сюда мы берегли энергию, поэтому я видела лишь слабо освещенное место, полное теней. Сейчас горели все до последней лампочки, и я увидела зал в полном великолепии. Темное дерево и роскошь золота, резные спинки кресел и приподнятая сцена, на которой уже находились Доннел и его офицеры.
— Здесь собирался американский парламент объединенной Земли, — сказала я. — Теперь это место наше.
Мы прошли по ближайшему, полого уходящему вниз проходу и добрались через ряд великолепных деревянных кресел на сцене до Доннела. Я заметила, что Лютер выдавил в мою сторону болезненную улыбку, и заставила себя улыбнуться в ответ. Уэстон, Виджей, Аарон и Жюльен провели свою угрожающую беседу с Лютером после голосования о моем назначении. Я спросила у Аарона, что тогда произошло, и он заявил, мол, это был всего лишь разговор, без обмена тумаками.
Я не знала, верить ли его словам. В любом случае, Лютер с тех пор вел себя осторожно.
— Я хочу, чтобы Блейз и Мачико сели по обе стороны от меня, и у обоих работали микрофоны, — велел Доннел. — Тэд, для тебя я поставил пластиковый стул за сценой. Ты спрячешься от чужих глаз, но сможешь нашептывать нам информацию, если появятся неловкие вопросы.
Тэд пропал за спинками кресел, а я села на место, которое все еще считала принадлежащим Касиму. Я заметила мрачный взгляд Лютера и испугалась, что он снова начнет грубить, поскольку я заняла место его отца, но он пошел к своему креслу без единого слова.
Все остальные тоже расселись, и я услышала за спиной шепот Тэда:
— Ты меня слышишь?
— Даже слишком часто, — проворчал Доннел.
Потоки людей вливались в зал через шесть дверей, связывавших его с другими частями здания. Я удивленно моргнула. На общий конклав Сопротивление обычно прибывало первым, но сейчас бруклинское подразделение появилось раньше. Когда они расселись, я поняла, почему. Каждое подразделение располагало своим сектором, и в первом ряду устраивались лидеры вместе с семью представителями альянса. Теперь там вместе с Призраком и другими мужчинами сидели три женщины.
Мачико рассмеялся.
— Бруклин решил, что появление женщины-заместителя означает, наконец, разрешение на избрание женщин представителями альянса.
Доннел застонал.
— Я понимаю причины их поведения, но мне совсем не нужны дополнительные осложнения на этой встрече.
Следом Нацуми ввела наших, и когда все увидели рассадку бруклинцев, послышались потрясенные переговоры. Сопротивление, наконец, заняло свои места, и я услышала шепот Тэда.
— Я вижу, Сопротивление сидит в среднем секторе. Это символизирует ваше политическое положение?
— Сопротивление обычно садится между манхэттенским подразделением и Островом Квинс, чтобы не дать им убить друг друга на встрече, — тихо объяснил Доннел. — Ты здесь для того, чтобы отвечать на вопросы, а не задавать их, так что заткнись.
