— Служба на космическом корабле по своей специфике очень схожа с морской, — ответил я. — Первый после Бога, он и в космическую эпоху остается первым после Бога. Ну нет на корабле никакого авторитета, кроме его командира, и команда должна его слушаться, как дети родного отца. Также в космическую специфику входят дальние походы с длительным отрывом от баз и существование в замкнутом пространстве в окружении одних и тех же людей. Отдельного упоминания заслуживают самостоятельные действия в дальнем походе при невозможности связаться с командованием для получения инструкций. Среди армейских офицеров на такое способны единицы, а вот моряки так могут почти все. Что же касается недостающих у вас компетенций, относящихся к чисто космической специфике, то им вас обучат без особых проблем и за очень короткое время. Есть у нас такая возможность, и даже готовые материалы для обучения. Цивилизация пятого уровня требует от любого специалиста такого объема знаний, что для их получения классическим путем не хватит целой жизни, а то и двух. Поэтому был придуман способ снимать готовые знания из сознания специалистов с опытом, очищать запись от личностных составляющих, суммировать с другими подобными, чтобы избежать повторения индивидуальных приемов, и на специальной обучающей гипнопедической машине транслировать прямо в мозг любому количеству обучающихся. Обычным путем в космических Академиях галактических империй кадеты получают только те знания и умения, какие у вас уже имеются в полном объеме.
— Ну что же, господин Серегин, — прокашлявшись для солидности, сказал кавторанг Балк, — смысл вашего предложения понятен. Тем более что, насколько я понял, первоначально речь идет об откомандировании в ваше распоряжение, и только потом мы должны будем принять решение, какой рапорт писать — или о постоянном переводе в ваш флот, или о возвращении к предыдущему месту службы.
— Все правильно, Сергей Захарович, — ответил я, — я ни минуты не буду удерживать у себя человека, который решил вернуться обратно, хотя и составлю о нем соответствующее мнение.
— В таком случае лично я согласен, — сказал чернобородый кавторанг, — сорок лет, ни кола, ни двора, служба не задалась, перспектив карьеры в мирное время никаких — и тут тебе предлагают махнуть с буксира на мостик боевого крейсера, пусть даже и космического…
— Очень хорошо, Сергей Захарович, — кивнул я, — Лилу будет рада с вами познакомиться.
— А кто такая Лилу и какое отношение она имеет к службе на космическом крейсере? — удивился кавторанг Балк.
— Лилу — это и есть крейсер-рейдер типа «Длинный Меч», — ответил я. — Дело в том, господа, что мои главные противники в Галактике цивилизация кланов эйджел не умеет и не желает строить корабли в нашем обычном человеческом понимании. Все их корабли — живые, то есть их главным элементом является сфера обеспечения, в которую заключен специально измененный на эмбриональной стадии живой мозг, что и управляет всеми системами корабля как собственным телом.
Офицеры переглянулись, явно ошарашенные столь чудовищным фактом.
— Но это же ужасно! — воскликнул мичман Витгефт. — Как вы такое только терпите?
— Да это ужасно, юноша, — согласился я. — Но живые Корабли в этом ужасе не виновны, они не преступники, а жертвы. А до главного негодяя, так называемого Древнего, который и обучил эйджел эдакой пакости, мне, пожалуй, и не дотянуться. Произошло это где-то сто тысяч лет назад, и теперь никто не знает, где его искать. Поэтому всякий Корабль, взятый с боя или добровольно перешедший на мою сторону, признается полноценной свободной человеческой личностью и получает предложение поступить на службу на общих основаниях.
— Простите, а зачем вам еще и мы, раз уж ваши корабли и так живые? — спросил кавторанг Кузьмин-Короваев.
— Без командира любой Корабль очень сильно теряет в эффективности и, самое главное, в боеспособности, — ответил я. — Вот представьте себе крейсер, полностью исправный и укомплектованный обученной командой, на борту есть даже старший офицер… но нет командира. Из порта в порт, желательно в виду берега, такой корабль еще пройти сможет, а вот участвовать в боевом походе, и тем более в сражении — уже нет.
— Да уж, господин Серегин, уели вы Валериана Львовича, — усмехнулся в черную бороду кавторанг Балк. — Без командира любой, даже самый сильный, корабль — не более чем самоходная баржа. Пожалуй, я соглашусь на ваше предложение даже в таких интригующих обстоятельствах. Лилу так Лилу, встретимся и поговорим.
— И я тоже согласен, — торопливо произнес Владимир Витгефт. — Только вот как вы собираетесь ставить мичмана на мостик крейсера, даже такого необычного, как ваш чудесный живой Корабль?
