С утра Фрол ничего не помнил, но от этого легче не становилось. В любом случае Егору надо было — по данному факту — срочно принимать какоелибо решение. Или — не срочно? В том плане, что решение — не волк, поэтому в лес совсем и не торопится…
Покинув залив ЛаПлата, одноимённый с великой Серебряной рекой, корабли бодро, благодаря попутному течению и попутным же ветрам, продвигались на юг. Уже в середине мая они пересекли знаменитый тропик Козерога и взяли курс на пролив Магеллана.
В первых числах июня месяца эскадра, пользуясь свежим восточным ветром, уверенно вошла в Магелланов пролив. Потянулись бесконечные, низкие и песчаные берега, покрытые невысокими хвойными лесами — с редким вкраплением лиственных деревьев.
Через тридцать пять миль после входа в пролив окружающийся пейзаж кардинально изменился: место низеньких песчаных дюн заняли высокие гранитные скалы, покрытые редкими, но очень высокими соснами и буками, а на югозападе показались далёкие горы, чьи вершины были увенчаны шапками белоснежных снегов.
Вокруг было пустынно, и только уже ближе к вечеру на дальних скалах затеплилось несколько ярких костров.
— Наверное, это местные жители, — предположила Гертруда Лаудруп. — Кажется, их называют — «инакен».
— Инакен — это общее, укрупнённое название! — тут же с видимым удовольствием уточнила всезнающая Санька. — Я читала в королевской стокгольмской библиотеке, пока вы, любезные мои, занимались погрузкой на наши корабли всякой всячины, что в этих местах проживаю туземцы многих племён: патагонцы, арауканы, техуэльче, чайхи…
На ночёвку корабли бросили якоря в тихой полукруглой бухте. Матросы — по совету Лаудрупа — занялись рыбной ловлей, которая оказалось на удивление успешной. Дети восторженно и дружно визжали, наблюдая, как крупные серебристые рыбины отчаянно прыгали по доскам палубы «Короля».
Внезапно всё вокруг погрузилось в серую и мрачную полумглу.
— Ой, как страшно! — испуганно охнула маленькая Лиза Бровкина. — Что же это такое делается, тётя Санечка?
— Ничего страшного, милая! — успокоила Сашенция, нежно целуя девочку в бледный лобик. — Это просто тень. Солнышко ещё не легло спать за горизонт, но над нами нависают очень высокие скалы, вот весь пролив и оказался — в тени…
— Надо же, какая она серая и страшная — эта Тень! — с уважением протянула Лиза.
А потом день окончательно угас, пришло время бесконечночёрной южной ночи. Безоблачное южноамериканское небо тут же покрылось неправдоподобногустой и изысканной паутиной ярких созвездий.
— Папа, а Южный Крест — он же здесь — самый главный? — заворожённым шёпотом спросил сын Петька.
— Самый! — подтвердил Егор.
— А зачем он нужен? — поинтересовалась Катенька. — Ну, вообще, зачем?
— Людвиг! — громко прокричал Егор в ночную черноту.
— Я здесь! — прилетел ответ через две секунды.
— А зачем нужен Южный Крест?
— Нам?
— Ну, и всем другим…
— Он указывает смелым морякам путь к Южному полюсу. Правда, до этого полюса так никто пока и не добрался…
— Папка! — тут же хором завопили дети. — А давай, мы первыми доберёмся до этого Южного полюса? Ну, давай! Хотя бы попробуем…
— Завтра попробуете! — непреклонно расставил всё на свои места строгий Санькин голос. — А сейчас всем маленьким детям — спать! Немедленно!
Ещё через неделю «Король», попрежнему следовавший первым, миновал тёмносиние воды бухты СанНиколас. Пролив расширялся прямо на глазах, над высокими мачтами брига закружили — в причудливом хороводе — несколько сотен грязнобелых, наглых и голосистых чаек.
— Уже скоро выйдем в Тихий океан! — взволнованно объявил Лаудруп. — Я раньше даже и мечтать не смел, что когданибудь буду ходить на моём стареньком «Короле» по этим загадочным и благословенным водам…
Неожиданно рядом с бригом сильно плеснуло, перед глазами собравшихся на капитанском помосте промелькнуло длинное чёрное тело, и «Король» тут же сильно завалился на правый борт. Егор едва успел одной рукой ухватиться за бронзовую скобу, вбитую в деревянное ограждение помоста, а другой — поймать за шиворот Саньку, которая не смогла удержаться на ногах и собралась пошло падать.
— Это, наверняка, синий кит! — восторженно объявила начитанная и любознательная Сашенция. — Да вы не бойтесь, господа! Эти животные очень большие. Длинной бывают до тридцати пяти метров, а весом — до нескольких тысяч пудов! Но синие киты, они очень мирные, и никогда не нападают на корабли…
— Сплюнь, а то сглазишь! — ворчливо посоветовал жене Егор.
Но его совет запоздал: уже через мгновенье «Король» ощутимо вздрогнул всем своим стареньким корпусом от сильнейшего удара. За первым ударом последовал второй, за вторым — третий…[17]
— Енсен! Немедленно поворачивай к берегу! — истошно проорал из марсовой бочки Лаудруп, который обожал лично выполнять обязанности вперёдсмотрящего. — Право руля! На мель, на мель….
Удары следовали один за другим.
— На мель, потому что там китам не развернуться? — спросила Санька, беспомощно глядя на Егора своими небесновасильковыми, огромными — от испуга — глазами.
