— Тебе будет спокойнее, если я возьму его? — серьезно спросил он. Я даже специально посмотрела: не смеется ли он. Вроде бы действительно серьезно
— Да. Я, конечно, все равно буду с ума сходить, но так хотя бы чуточку будет спокойнее, — со вздохом призналась я
— Хорошо, — легко согласился Витя и, забрав у меня медальон, надел его на шею.
Всю свою командировку я постоянно прислушивалась к себе. Я как-то недавно только сообразила, что каждый раз, как с Витей что-то происходило, я чувствовала неясную тревогу. Не знаю, то ли оттого, что я постоянно прислушивалась, то ли… даже не хочу думать, но я чувствовала не тревогу, а какое-то неприятное волнение. Успокаивала я себя только тем, что плохие новости доходят быстрее хороших и если бы что-то случилось, я бы уже знала.
Вот так вот в полном неведении я вернулась в свой номер. Посчитав разницу во време-ни, я поняла, что дежурство уже его закончилось, и позвонила Вите на мобильный.
Ответили мне с четвертого захода. Причем ответил дежурный. Я уже была на выходе из номера
— Капитан Снегов, не может подойти, на данный момент он находится в нашей больни-це, — сказали мне. Дальше я уже не слушала. Единственной моей мыслью было успеть на само-лет.
Не помня себя, я влетела в больницу. Медсестра сообщила мне, что им доставили сюда всю группу с дежурства с различными травмами. Подробности меня не интересовали, так что я, недослушав, убежала.
Этаж, названный медсестрой, оказался реанимационным. Прочитав это, я даже не сразу поняла, почему ничего не вижу и только спустя секунды до меня дошло, что у меня просто потемнело в глазах. Чисто на инерции я толкнула дверь и зашла в нужный мне коридор, краем сознания я все же успела удивиться тому, что меня вообще сюда пустили.
У одной из дверей сидели двое. До меня даже не сразу дошло, что один из них Торин. Главное, что я увидела Снегова.
— Витя, — облегченно выдохнула я, коридор тут же начал расплываться и как-то странно кружиться. Я невольно схватилась за стену, пытаясь ее остановить. Только в обморок упасть не хватало!
— Алёна! — подхватывая меня, позвал Витя. Я подняла голову, — Все в порядке. Честно. Да-же царапин никаких нет, — быстро сказал Снегов, — Ты меня понимаешь? — заглядывая мне в гла-за, спросил он. Я медленно кивнула. Коридор уже не расплывался, но все еще немного кру-жился. Я опустила голову и уткнулась в больничный халат, который Витя набросил на себя, — Все в порядке, — повторил он, обнимая меня.
Из больницы к себе домой меня увезла Инга, ключи от квартиры я забыла вместе с ба-гажом в номере на материке, хорошо хоть Лорда и Кусю покормила перед отъездом. Уезжать я категорически отказывалась и согласилась только после того, как Витя пообещал, что сам заедет за мной. Вариант, при котором он отдавал мне ключи от моей квартиры, я отмела тут же, потому что понимала, что тогда Снегова увижу не скоро. Сам он уехать не мог, Лера опе-рировала одного из его ребят. На Вите, как это ни удивительно, действительно не было ни одной царапины. Еще когда я цеплялась за него, чтобы не упасть в обморок, я увидела на его шее свой медальон. Может он и правда волшебный?
Инга предлагала мне выпить успокоительного. Я, прекрасно помня свою реакцию на него, согласилась только на чай с мятой. Правда моему бедному организму хватило и этого. Я так и уснула с пустой чашкой в руке перед телевизором.
Проснулась я как-то мгновенно, вроде как и не спала вовсе. Пару секунд понадобилось на то, чтобы вспомнить, что я в гостевой комнате у Инги дома. Я откинула плед, наверное, Инга укрыла, и встала с дивана. Где-то слышались приглушенные голоса, стараясь идти бес-шумно, я пошла на звук. Остановилась я тут же, как только смогла расслышать слова. Гово-рил Витя, вот только голос у него был какой-то странный, я ни разу за все время нашего зна-комства не слышала у него такой интонации. Говорил глухо, сбивчиво, но больше меня пора-зило, что он говорил
— Понимаешь, Тор, я стою, а вокруг мои ребята падают и единственное, что я понимаю, что вот так сейчас и я упаду. И тогда всё. Со мной впервые такой было! Меня как парализова-ло!
Сглотнув, я как можно быстрее и тише вернулась обратно. Лишь забравшись обратно под плед я поняла, что сама дрожу не от холода. Что же там такого произошло, что Витя в та-ком состоянии? Хотя нет, не хочу этого знать. Главное, что он жив. Правда, как ему помочь прийти в себя я не знаю. В подобных ситуациях я, к счастью, не бывала и что он чувствует, не знаю. Я даже не знаю, как он ко мне относится, и имею ли я вообще право лезть к нему в душу!
Оставить все как есть? Пустить на самотек? А если он не справится? Что тогда?
