– Прорыв периметра, – голос лейтенанта звенел от напряжения, но доклад был чётким и точным, как и положено боевому офицеру. – Неизвестное воздействие вывело из строя автоматическое наведение и часть заражённых прорвалось внутрь периметра. Вместе с ними появились высшие экземпляры, которые до этого визуально не фиксировались. Одно из таких существ уничтожило машину союзников и, схватив находящихся внутри, опять исчезло. Предполагаю действие местного феномена – даров.
– Всем движение вперёд, огонь из всего, что есть, прорываемся, – Стоун понимал, что его отряд фактически попал в классическую засаду, когда противник сосредоточил атаку главных сил на одном участке, но одновременно нанес удар во фланг, используя средства маскировки, чтобы не быть обнаруженными. «Но не могут же они обладать разумом?» – с ужасом подумал майор, понимая, что тогда им не вырваться. Одновременно он пытался добраться до системы управления, которая в лежащей на боку машине находилась совсем не там, где он привык.
– Наблюдается отход противника, рекомендуется преследование, – автоматика лишь на мгновение опередила новое сообщение от заместителя.
– Зараженные разбегаются, атака прекращена, потери уточняем. Из высших заражённых уничтожен один экземпляр, он как раз у вашей бронемашины находится, – Седов докладывал едва уловимой нотой радости. Во время боевой операции не место эмоциям, но совсем сдержать их не получалось.
– Отставить прорыв, всем экипажам осмотреться, внести в систему данные о потерях и повреждениях, – Стоун был недоволен собой, так как его предыдущий приказ очень напоминал панические действия. Хотя бы и был вызван сложившейся в то мгновение ситуацией.
После этого, отдышавшись, майор наконец смог добраться до пульта и, с трудом приспосабливаясь к неудобному положению, оценил обстановку уже сам. Яркие зелёные точки техники его группы по-прежнему занимали ту же самую территорию, лишь несколько отметок светились красным, отмечая поврежденные или уничтоженные машины. Желтые метки заражённых, до недавнего времени заполнявшие почти всю верхнюю часть экрана, заметно поредели, и в большинстве своём двигались в разные стороны, обтекая отряд. В отличие от сплошной полосы, идущей прямо на них, которой они отмечались буквально несколько минут назад. Он вывел изображение с беспилотника. Так получилось детальнее – все пространство перед турелями было заполнено телами, в одном месте вал достигал периметра и именно там произошёл прорыв. Он увидел и свою бронемашину, лежащую на боку, а в сотне метров правее, буквально разорванный, с вскрытой крышей, броневичок союзников. «Банка консервов» – вдруг пришло ему на ум сравнение с учетом того, что произошло. Получается, что целью операции, а он уже не мог по-другому называть то, что произошло, было всего лишь желание местной Элиты полакомиться деликатесом? Так? Ситуация не оставляла другого толкования, а с учетом того, что больше потерь не было, его догадка становилась фактом. «Только разума, даже в таком проявлении, не хватало у этих чудовищ» – эта мысль заставила Стоуна вспомнить о том, что нужно провести сбор добычи и что теперь придётся это делать самим, хотя перед боем он планировал задействовать для этого союзников. А это было чрезвычайно опасное занятие.
– Господин майор, мы хотим попробовать поставить бронемашину на колеса. Рекомендуем вам покинуть её на время, – Стоун узнал голос своего бессменного сержанта, который с ним был уже очень давно и ответил: – Да, сейчас попробую выбраться. Что там с водителем?
– Люк перекошен, не можем открыть. Но он не отвечает.
– Принял, – внешник с удивлением понял, что у него слегка трясутся руки, когда он начал вводить код разблокировки открытия внешнего люка. Всё-таки не каждый день тебя пытаются съесть. Наконец всё получилось, и он стал тщательно проверять фиксацию маски и защитного костюма. Убедившись, что всё в порядке, он передал в эфир, что можно открывать и почти сразу боковой люк, который сейчас находился сверху, с тихим шипением стравливая повышенное давление броневика, открылся. В проёме показалась защитная маска какого-то бойца и он протянул руку, предлагая майору помощь.
– Отставить, – отказался от этого Стоун и тут же пожалел, когда попытался подтянуть себя к люку ушибленной рукой. Впрочем, сквозь его шлем выражение лица не было видно, поэтому он, всё-таки совладав с болью, наконец вылез из своего командного центра.
Картина ему предстала эпическая. Почти вся земля вокруг была усыпана телами заражённых, даже там, где он сейчас стоял, лежал труп бегуна. Стоун тут же пожалел о том, что вылез, но присмотревшись, увидел, что группа бойцов уже деловито собирает трофеи, а у этого споровый мешок тоже вскрыт. «Всё-таки не зря я назначил замом именно этого лейтенанта» – самодовольно подумал внешник, «быстро соображает и действует и как артиллерист показал себя с самой лучшей стороны»
