С этими словами мужчина направился к шеренге бронзовых унитазов у дальней стены, а блондинка вручила Даше пятитысячную купюру.
— Мой муж плохо засыпает без секса, загляните к нему, пожалуйста, около одиннадцати. Визит включите в счёт, а это вам личная благодарность. У нас номер 308, на третьем этаже. — А потом прибавила: — Я сестру сто лет не видела, хочу у неё остаться.
— Есть особые предпочтения? — вежливо уточнила Даша.
Алиса попятилась, свернула окошко программы бронирования на компьютере, и заспешила к выходу.
«Ну дают. Вот это насочиняла моя больная фантазия. Дедушка Фрейд мог бы по мне отдельный труд написать!»
По пути домой она заглянула в продуктовый магазин. Назывался он «Наборы для пищепринятия». Хотя эти самые наборы брать не хотелось: дома у Майи оставалось достаточно коробочек с безвкусным содержимым, одной такой пришлось завтракать, а вторую прихватить на работу для обеда. Алиса успела попасть в очень неловкую ситуацию, когда уточнила у Славы в котором часу у администратора бронирования перерыв на обед.
Жуя мерзкие опилки в пищеблочке она допросила поисковик браузера, и поняла, что сморозила странную грубость, близкую по значению к вопросу «А в котором часу перерыв на посрать?» в нормальном мире.
Тут говорили «Дневной перерыв» или «Личное время».
Нужно было становиться внимательнее и два раза взвешивать привычные выражения прежде, чем употреблять их вслух.
После полного впечатлений и волнений дня очень хотелось поужинать чем-то нормальным, вкусным и непростительно калорийным.
Фото и описание продуктов в разделе доставки 18+ были не особо содержательными, видимо, они подвергались цензуре. И Алиса решила пополнить запасы в магазине.
Действительно, в «Наборах…» имелся отдельный зал «Только для взрослых». На входе попросили предъявить паспорт, и Алиса с готовностью показала Майины документы, ведь и в них на фото теперь была она.
Широким ассортиментом отдел похвастаться не мог.
Алиса взяла немного овощей и фруктов, свиную вырезку и филе индейки, несколько упаковок круп, а потом надолго застряла у стенда с соусами и специями. Над ним висело предупреждение:
УСИЛИТЕЛИ ВКУСА ВЫЗЫВАЮТ ПРИВЫКАНИЕ!
ЧРЕЗМЕРНОЕ УПОТРЕБЛЕНИЕ ПИЩИ ВРЕДИТ ВАШЕМУ ЗДОРОВЬЮ!
Смешные надписи направили её мысли в новое русло. А что же в этом странном мире с табаком и алкоголем?
Алиса не курила. Пробовала, конечно, но в восторге не осталась, к тому же увлечение это довольно затратное. Где-то в недрах её квартиры валялась электронная сигарета — к ней Алиса обращалась редко, в основном, когда выпивала лишнего.
Она поняла, что за два дня ни разу не видела на улицах курильщиков. Что и неудивительно — рты-то закрыты. Наверное, это делают в специальных кабинках. Навряд ли в пищеблочках, иначе там оставался бы запах.
А пьют как? Если даже кофе неприлично потреблять с кем-то, то и спиртное — тоже? А что это за извращение — пить одному? Это же уже алкоголизм.
Нужно было разобраться.
Но сначала приправы.
Их было, во-первых, мало.
Во-вторых, все баночки и пакетики пестрели предупреждающими надписями. А на картинках, вместо изображения продукта, как привыкла Алиса, красовались толстяки. Обнажённые полностью, не считая буйосеты, они пугали жировыми складками самого отталкивающего вида.
Алиса изучила текст, выбитый на стограммовой упаковочке поваренной соли:
Ну дела.
Подсолнечное масло уведомляло:
Покупки Алисы на отдельной кассе отдела «Для взрослых» упаковали сначала в бумажные пакеты без принта, заклеенные липкими пломбами «18+» на сгибах, а затем — в непрозрачные целлофановые, также лишённые опознавательных знаков.
