Алиса в Стране Чудес полностью

Конечно, найти это самое чего–то такое было проблемой. Алиса осмотрелась, но вокруг не было вообще ничего съедобного, одни цветочки да кусточки, кроме… кроме огромного гриба, растущего неподалеку. Алиса подошла к грибу, и оказалось, что она ростом чуть ниже его. Алиса осмотрела его со всех сторон: и снизу, и под ним, и вокруг него— ничего особенного, обычный гриб. Тогда ей пришла в голову идея, как следует осмотреть верх шляпы. Алиса привстала на носочках и посмотрела поверх шляпы и тотчас встретилась взглядом с большой голубой сороконожкой. Она сидела на самой макушке гриба, скрестив все свои сорок рук (или ног), и преспокойно курила длиннющую сигару, не обращая ни малейшего внимания ни на Алису, ни на что другое.

Сороконожка и Алиса некоторое время молча смотрели друг на друга, пока, вынув, наконец, изо рта сигару, Сороконожка не обратилась к Алисе. «Ты кто?» — произнесла она как–то вяло и сонно.

Такое обращение не очень–то располагало к началу разговора. Поэтому Алиса ответила довольно–таки робко: «Я… Я с трудом понимаю, Мадам, кто я сейчас. Точно знаю лишь, кем была сегодня утром, однако, полагаю, с тех пор я изменилась много раз».

Сороконожка в миг оживилась и сурово спросила: «Что ты хочешь этим сказать? Объяснись!»

«Боюсь, я не смогу объясниться», — стала разъяснять Алиса по–прежнему осторожно, поскольку беседа складывалась как–то недружелюбно, — «Со мною произошло столько всего необъяснимого, что я уже не поддаюсь объяснению, поскольку я — уже не я, видите ли…»

«Не вижу», — оборвала Сороконожка.

«Что ж, боюсь, яснее выразиться я не могу», — продолжила Алиса как можно вежливее, — «Начать надо бы с того, что я и сама не могу в этом разобраться. Я нахожу такое обилие перемен в росте за день сильно сбивающим с толку».

«А я нет», — буркнула Сороконожка, продолжая все также не мигая смотреть на Алису.

«Ну, может пока и не находите», — сказала Алиса, — «Но когда вам придется превращаться в куколку — а вы знаете, придется в один прекрасный день — а затем и в бабочку, вот тогда–то, надо полагать вы и почувствуете себя слегка странно. Ведь так?»

«Ничуть», — только и ответила Сороконожка.

«Да–а, наверно у вас чувствительность другая», — предположила Алиса. — «Все, что я знаю так это то, что я бы точно чувствовала себя весьма странно».

«Ты бы! Да кто ты?» — презрительно воскликнула Сороконожка, вернувшись тем самым к началу разговора.

Алиса почувствовала легкое раздражение от этих очень коротких реплик Сороконожки, а потому выпрямилась и весьма жестко заметила ей: «Думаю, сперва вы должны сказать мне, кто вы!»

«Почему?» — преспокойно спросила Сороконожка, в очередной раз обескуражив Алису своим вопросом. И поскольку она не смогла придумать в ответ веской причины, да к тому же Сороконожка, похоже, была совсем не в духе, Алиса решила уйти.

«Вернись!» — окликнула ее Сороконожка. — «У меня есть кое–что важное для тебя!»

Звучало заманчиво, поэтому Алиса повернулась и поспешила обратно.

«Сдерживайся!» — выпалила Сороконожка и смолкла.

«И это все?» — воскликнула Алиса, едва сдерживаясь.

«Нет», — опять–таки коротко ответила Сороконожка и, уставившись в никуда, словно заснула.

Алиса решила, что можно и подождать, спешить–то все равно некуда, может она и скажет что–нибудь стоящее. Сороконожка пару минут шумно попыхтела своей сигарой, затем расплела все свои руки–ноги, вынула ее изо рта и осведомилась: «Так ты думаешь, что изменилась, да?»

«Боюсь, да», — произнесла со вздохом Алиса. — «Я позабыла все, что раньше знала, и рост свой я не могу сохранить и пять минут».

«Не можешь вспомнить что?» — снова спросила Сороконожка.

«Ну, я попыталась рассказать «Ворону и Лису», а вышло что–то несуразное!» — уточнила Алиса с грустью в голосе.

«Расскажи «Бородино»», — задумчиво пробормотала Сороконожка.

Алиса сложила руки за спину и начала: