– Когда я заставляю слово выполнять такую работу, то всегда плачу ему сверхурочные, – похвалился Болванчик.
Алиса была слишком озадачена, чтобы хоть что-то сказать или спросить.
– Ты бы посмотрела, как они приходят ко мне вечером по субботам за расчётом, – сказал Болванчик, важно покачивая головой из стороны в сторону. – Денежки свои получить.
– Вы, без сомнения, очень хорошо умеете объяснять значения слов, сэр, – заметила Алиса. – Не будете ли любезны сказать, что значит «Верлиока» – так называется поэма.
– Да, ты права: я могу объяснить все стихи, когда бы то ни было, где бы то ни было и кем бы то ни было сочинённые, и много таких, которые ещё не сочинены нигде и никем. Читай.
Алиса прочла первое четверостишие:
– Довольно для начала, – остановил её Болванчик. – Тут много трудных слов. «Супно» – это когда варят суп, то есть перед самым обедом.
– Ах вот как! Ну а «кози»?
– «Кози» – это такие звери, похожие то на барсуков, то на ящериц. Впрочем, больше всего они похожи на штопор. Ну, «мисики», или «мышики», – это ясно: птички такие, под полом живут. «Зеленавки» – это свиньи, зелёные свиньи.
– А «хрющать»?
– «Хрющать» – это два слова в одном. Очень удобно: вместо того чтобы сказать «пищать» и «хрюкать», ты сразу говоришь «хрющать». И время выгадываешь, и место, если пишешь.
– А ещё там вначале «кругтелся»…
– Ну как же ты не понимаешь? Кажется, ясно: «кругом вертелся» – «кругтелся». Кто тебе прочёл эту поэму?
– Я сама, в книге.
– На будущее знай: я большой специалист по стихам – превосходно декламирую, между прочим. Вот послушай один стишок…
– Маленький? – с надеждой воскликнула Алиса.
– Вовсе не маленький, а очень даже длинный. Это я его так назвал: «стишок», – а на самом деле это стишина. Он тебе понравится, если поймёшь, а если не поймёшь, так вовсе не важно, понравился или нет.
Алиса тяжело вздохнула от безнадёжности и приготовилась слушать.
И Болванчик начал:
Прервав декламацию, он пояснил:
– Только я не пою, а сказываю.
– Я вижу, – отозвалась Алиса.
– Если видишь, как человек не поёт, а сказывает, – рассердился Болванчик, – у тебя очень острое зрение.
– Благодарю вас, – вставила Алиса.
– Запишу, если до тех пор не забуду, – пообещала Алиса.
– Да помолчи ты! Твои замечания лишают меня вдохновения.
– Я что-то ничего не понимаю… – сказала Алиса.
– Дальше пойдёт легче, – успокоил её Болванчик и продолжил, слегка подвывая:
Болванчик прокричал последние строки так громко, что Алиса вздрогнула:
Наступила длинная пауза.
– Это всё? – с робкой надеждой спросила Алиса.
– Всё, – сказал Болванчик. – Прощай.
