— Мой расстрелянный друг не был щепкой. Думаю, что и вы стоите на голову выше тех людей, волю которых вы выполняете. Вы же получили в Германии блестящее образование, как сами мне говорили… В Америке очень ценят русских инженеров. На-днях вскроется Амгуэма, и мы с мистером Ником уезжаем в Америку. Я предлагаю вам составить нам компанию.
Дягилев чуть приподнялся и, в упор глядя в глаза Саблера, гневно сказал:
— Вадим Петрович! Вы — подлец!
Саблер вспыхнул от гнева, затем привскочил и почти топотом, угрожающе спросил:
— Что?! Как вы сказали?
— Я сказал, что вы подлец. Это — мое частное мнение. Я отношу к этой категории всех, кто меняет Родину на чечевичную похлебку, кто не любит свой русский народ.
— Как вы смеете! Я вам никогда этого не прощу! — взвизгнул фальцетом Саблер.
— Боже меня упаси просить у вас прощения.
— Что вы? Что вы?! — всполошилась Валентина Юрьевна. — Из-за чего вы скандалите?
Ник сказал деловитым тоном:
— Мистер Дягилефф! В Америке вы можете получить очень много долларов. Геологический профиль этого полуострова тождественен Аляске, поэтому американцы проявляют к этим местам большой интерес. И я не сомневаюсь, что эта земля будет куплена американцами.
— А я очень сомневаюсь в этом, — сказал Дягилев.
— Американцы — деловые люди, — продолжал Ник, — и умеют ценить полезных инженеров.
— Но я не подходящий для вас товар, мистер Ник. А лично меня, мистер Ник, возмущает до глубины русской души ваше пребывание здесь. Я знаю, что Советская Россия не приглашала вас сюда. Это называется залезть в чужой дом через окно и шарить по его углам, разыскивая ценности, не принадлежащие вам. Если хотите — это граничит с бандитизмом, а вернее — имеет непосредственное отношение к нему. И я лично приму все меры к тому, чтобы отрезать вам путь в Америку.
— Как вы представляете себе все это осуществить, мистер Дягилефф? — деланно спокойно спросил Ник.
Дягилев промолчал и, заметив, что Ник шарит под подушкой, крикнул:
— Оставьте в покое свой пистолет! — и вытащил кольт.
Ник вскочил. Саблер перекатился на другой бок.
Сдерживая волнение, Валентина Юрьевна встала и, наклонясь над Дягилевым, с укором проговорила:
— Владимир Николаевич! Милый! Что вы делаете? Ведь здесь же собрались культурные люди! — И она вдруг упала на него, схватив за руку, державшую пистолет; тут же прыгнули на него мистер Ник и Саблер.
— Вязать его! Вязать! — неистово кричал маленький Саблер; он схватил кольт Дягилева и, победно размахивая им, иронически спросил: — А вы действительно намеревались проконвоировать нас до ревкома?
Дягилев тяжело дышал. Верхом на нем сидел мистер Ник, охватив его своими цепкими руками.
— Может быть, теперь вы согласитесь поехать с нами в Америку? — спросил Ник. — Я не вижу другого пути для вас.
Дягилев молчал.
— Владимир Николаевич! Это лестное предложение вам следует принять, — сказала Валентина Юрьевна, опутывая веревкой ноги Дягилева.
Дягилев посмотрел на нее и с чувством горечи проговорил:
— Я никак не предполагал, что вы, женщина, считающая себя культурным человеком, так превосходно владеете навыками отъявленных бандитов.
Валентина Юрьевна звонко расхохоталась:
— Ведь я же охотник.
— Мистер Дягилефф! Я жду вашего решения, — сказал Ник. — Повторяю, у вас нет другого пути. Все ваши материалы будут у меня в руках, и я найду возможность сообщить, чорт возьми, что они приобретены за двадцать тысяч долларов.
— Шантаж и бандитизм! — гневно проговорил Дягилев. — Но имейте в виду, что Амгуэма вскроется не ранее чем через пять дней. А за это время здесь будет милиционер Хохлов.
— Ах, вот что! — взвизгнул Саблер. — В таком случае мы расправимся с вами поодиночке! — и неожиданно для всех он в упор выстрелил в лоб Дягилеву.
— Собака! — крикнул на Саблера мистер Ник. — Чорт возьми, вы соображаете не больше, чем морж! Вы поверили ему, что кто-то действительно едет сюда!
— Мистер Ник, вы не понимаете всей обстановки, в которой мы находимся. Я же вам говорил, что меня обязали явиться в ревком. Мне прямо сказали, что если я сам не явлюсь, меня доставит милиционер. Вы знаете, какой это великан?! Если придется встретиться с ним, и ему без всяких промедлений надо всадить пулю в лоб. Иначе он перевяжет всех нас.
— Вы ни черта не понимаете, сэр! Из-за вашей трусливой глупости я потерял очень много долларов. Этот инженер дорого стоил даже в связанном виде, а теперь он годен, чорт возьми, только на приманку песцам.
— Дело сделано, — сказал Саблер. — Теперь разговаривать об этом бесполезно. А в конце концов я тоже кое-чего стою… Надо поскорей ликвидировать труп. Не исключено, что милиционер действительно нагрянет сюда. И тогда нам трудней будет доказывать целесообразность нашего поступка.
Через три дня мистер Ник, Саблер и его жена шли по мшистой тундре, таща на себе продукты и материал для паруса. Они шли к берегу Амгуэмы, где стоял вельбот.
Река очищалась ото льда, вынося последние льдинки в Ледовитый океан. Моросил весенний дождь.
