Валентин тряхнул головой, видение исчезло. Алька выскользнула из лунного круга и убежала за школу, к парадному входу. На луну надвигалась туча. Пришла назад Алька быстро и увлекла всех в танец при луне. Их класс впал в какое-то неистовство, они, максималисты-юнцы, атеисты двадцатого века танцевали и славили Лунную богиню. Во главе всех была Алька. А от Валентина она опять выскользнула. Подхватив Костина Сергея и Ваську Шмакова, обнявшись с ними, Алька отплясывала такие па, что сама диву давалась.
Алька потом часто вспоминала это безумие. Считала, что это произошло под влиянием сказок тети Сони. Хотя, когда она прятала бутылку под кирпичами парадного входа, ей почудилось, будто кто-то говорит ей:
-- Может, швырнешь в реку это счастье?
-- Нет, - испугалась Алька, - здесь надежды моих друзей.
-- Ты за всех просишь?
-- Конечно.
-- Но это уменьшает твои шансы на счастье.
-- Я все равно буду счастлива.
-- Ладно. Будь по-твоему.
Алька резко обернулась. На луну надвигалась туча, девушке показалось, что в надвигающейся тьме растворилась фигура прекрасной женщины в древних одеждах.
-- Зря я пила шампанское, - подумала Алька.
Но холодок страха в душе остался. Поэтому, вернувшись к друзьям, Алька затеяла бешеный танец в честь луны. Они прогоняли тучи и славили Лунную богиню. Кончилось все взрывом смеха. Кто первым засмеялся, почему, не помнит Алька. Но помнит, что она хохотала громче всех.
Галька Пастухова и Танька Авдеева смотрели непонимающими глазами.
-- Ты точно её приводила, когда я целовала Вальку? - в который раз спрашивала Галина подружку.
-- Приводила, говорю тебе, - даже начала сердиться Танька. - Она в слезах бежала, когда увидела, как ты целуешь Вальку.
-- Непохоже, чтобы она расстроилась. Смотри, что отчебучивает. А Валька-то не отходит от неё, - расстроенно завершила Галька.
Потом все вместе отправились встречать рассвет. Пошли провожать четырех неразлучных подруг: сероглазую красавицу Катю, неотразимую Настю Краснову, добрую Полину Цветикову и очаровательную Аню Астафьеву, живущих в соседней деревне Греково. Алька чудила. Даже полезла в чужой сад за цветами. После бежали от собаки, выручил Валька, ему пес порвал штаны. Проводив всех до дома Ани, пошли назад. Постепенно выпускники стали расходиться. Расстались все у речки. Дольше короткий отрезок пути девушке надо было идти с Валентином. Дойти до моста и свернуть к даче тети Сонечки и дому Валентина, что стояли на другом берегу. Тут Алька превзошла себя. Не смог с ней серьёзно поговорить Валька. Он пытался и не мог понять, что происходит. Алька не пошла с ним, она затеяла купание, скинув свое потрясающее платье, с разбегу нырнула в реку и уплыла к другому берегу, где стоял дом тети Сонечки, переплыла и крикнула:
-- Прощайте, Валентин, пусть этот вечер будет для вас счастливым. Платье принеси!
-- Ничего, - решил Валентин, - впереди поход, никуда ты от меня не денешься.
Ну не любил воду Валентин. Платье перекинул через забор, оно повисло на яблоне.
А потом Алька ревела, жаловалась тете Сонечке. Та, может, и сумела бы убедить племянницу не принимать сгоряча решений. Ведь еще поход впереди. Надо поговорить с Валей. Но в поход Алька не пошла. Не дала сделать этого мать. Ей кто-то доложил, что Алька голая явилась с выпускного, а Валька принес её платье. Дарья пришла к вечеру к ним разъяренная, когда Аля под руководством тетушки укладывала походный рюкзак, и доложила, что Валентин около своего дома разговаривает с Галькой. Алька прореагировала вяло. Но матери было мало.
-- Что, доченька, сделал он тебе рога? Не все им, Орловым, будет с рук сходить.
-- Замолчи, - пыталась остановить её тетя Сонечка. - Что ты свои беды на других переносишь?
-- А на других! - взвилась мать. - Алька такая же сучка, как и её папаша.
-- Прекрати, - твердо повторила сестра отца.
-- Не затыкай мне рот. Ты меня с самого начала ненавидишь. Не хотела, чтобы ваш Ванечка на мне женился, вот и невзлюбила меня.
-- А за что тебя любить-то? - вырвалось у тети Сони. - В тебе злости на целый город хватит.
Мать бушевала:
-- А меня не за что любить, а Бог что-то вас наказал, не дал детей. Не прикроете грехи ваши Алькой, не дам! Ты не смогла родить, не я!
Тетя Сонечка медленно бледнела.
-- Мать, - крикнула Алька, - замолчи! Не смей так говорить!
-- Это ты заткнись, сейчас же домой! - приказала мать.- Не будешь ты жить с ними! Хватит сладко есть и пить! Отучилась, пора работать!
Алька беспомощно взглянула на тетю Сонечку.
-- Дарья, - пыталась образумить взявшая уже себя в руки тетя Соня. - Успокойся, иди домой.
-- Уйду, но чтобы и она шла. По вашей указке больше она жить не будет.
-- Не пойду, - твердо сказала Алька.- не пойду. И матерью я тебя больше звать не буду. Не мать ты мне! Уходи!
Тетя Сонечка с удовольствием отметила, что Аля в этот момент стала удивительно похожа на женщин из рода Соколовских. Теперь её не сломишь, не переменит она своего решения. Заметила и мать несомненное сходство дочери с ненавистной ей сестрой мужа и противно-ехидным голосом продолжила:
