-- Алька, бей его еще, - завопил веселый одноклассник Славик Ларин. - Я на твоей стороне. Помогу в случае чего! Вдвоем отколошматим Вальку. Справимся!
-- Всыпь ей, Валька, дай, как следует! - кричала не любящая Альку Галина. - А то ходит, нос кверху. Колдунья лунная. Врежь ей в глаз!
-- Ой, не надо, ой, не надо, - говорила новенькая девочка, добрая Полина Цветикова.
-- Интересненько, - обронила красавица Настя. - Кто кого победит? Алька - Вальку или Валька - Альку. Богиня - орла или орел - богиню нашу?
Валентин же только стоял, сжав кулаки, и повторял:
-- Ой, что сейчас тебе будет. Что тебе сейчас будет!
Ну не мог он её ударить, не мог и все тут! А Алька стоит, портфель в руках держит, молчит. Вся напряглась, как струнка. В глазах застыла злость. Сдаваться не собирается. Но чувствуется, сама испугалась. Особенно когда шишку увидела. Так и стояли напротив друг друга, ничего не предпринимая. Добрая Катюша за учительницей побежала, рассказала, что Алька бьет Вальку.
-- Алька бьет Вальку? - переспросила Олеся Игнатьевна. - Даже так? Ты ничего не спутала. Может, наоборот? Он в последнее время со всеми дрался.
-- Нет, нет, - закивала головой Катюша. - Альку Вальку бьет! По лбу стукнула, У Вали вот такая шишка вздулась.
-- Это серьезно, наверное, - протянула Олеся Игнатьевна и быстро пошла с Катей.
-- Ну все, - приуныл Валька, увидев Олесю Игнатьевну, - если бы наша пришла, она бы наорала на меня или на Альку и все. А это разбираться начнет. Копаться во всем. Алька, конечно же, наябедничает, что я в портфель ей воды налил. Мне же и влетит!
Но девчонка упорно молчала. А Олеся Игнатьевна быстро разрядила напряженную обстановку, не стала спрашивать, по какому поводу драка.
-- Иди, Аля, в класс, хватит драк на сегодня, - приказала она. - И портфель забери. Почему из него вода течет, кстати?
-- В лужу уронила, - ответила девчонка и, глянув еще раз зло на Вальку, пошла в класс.
Олеся Игнатьевна посмотрела внимательно на Валентина, увидев шишку, спросила с сочувствием:
-- Что получил? Меньше лезть будешь. Смотри, в следующий раз стукнет Аля чем другим потверже, вообще твою черепушку на части расколет.
Ребята засмеялись. Учительница добавила:
-- Волосы вперед на лоб зачеши, шишки не видно будет, страдалец ты мой.
Ребята хохотали вовсю уже. Валька ушел, грозя кулаком противной девчонке, что выглядывала из своего класса, и всем остальным. А впрочем, не такая уж Алька и противная. Не заложила Вальку. Скрыла правду. Даже от ребят. Вальке жалко её стало, когда та испугалась. А прозвище за ней "Лунная богиня" так и осталось до конца школы. Хотя некоторые по-другому её называли, те, кто не любил, - Лунная колдунья. А Катюша и её подруги окрестили Алину Зеленоглазой ведьмой. Но Алька походила на богиню, в самом деле. На древнегреческую - римский профиль, высокий лоб, ровные линии бровей, красивые, резко очерченные губы, ровные белые зубы, роскошные волнистые волосы, напоминающие звезды зеленые глаза в окружении длинных стрельчатых ресниц, лицо чистое, без единой веснушки или родинки. Все это освещалось веселым озорным взглядом.
С тех пор Валька перестал обижать девочку. Даже уважать стал. Ещё он понял, что за неё никто заступаться не будет, потому что жаловаться она не умеет и никогда не будет.
В седьмом классе мальчишка даже совершил благородный поступок. Кто-то крупными буквами написал прямо над входом школы: "Алька - дура". Кто смеялся, кто проходил молча. Алька дернула плечиком: "Очень остроумно", - и будто её не касается. А тут Елена Сергеевна идет, классный руководитель Вальки. Увидела, раскричалась, пошла разбираться, да ни с кем-нибудь, с Алькой. Будто та про себя сама написала. Повела девчонку в кабинет директора, что-то говоря по пути. Что там было, Валька не знал. Но видел: после слов Елены Сергеевны Алькины красивые глаза наполнились слезами. Он побежал искать Олесю Игнатьевну. Та толком ничего не поняла, какая дура, кто дура, но одно усекла - надо помочь девчонке, надо идти в кабинет директора. Она пошла, сказав Валентину:
-- Надпись-то сотрите. Чего ходить смотреть да смеяться!
Он, Васька и Сергей, вооружившись шваброй, пошли удалять надпись. Алька вышла из кабинета директора молча, высоко подняв голову, но в покрасневших глазах по-прежнему стояли слезы. Хихикала потихоньку Пастухова Галька. Это она написала, Валька знал. А Алька даже спасибо ему не сказала за то, что лазил со шваброй, стирая огромные буквы.
