Уже закрыв глаза, Аля молила Деву Марию оставить Ангела ей, клялась быть ему всегда верной. Только пусть уйдет горе. И Дева Мария опять пожалела девушку. Ангел остался. Утром Алька первым делом увидела его. Хотя нет, это был больше не ангел, это был светловолосый мужчина с приветливым, располагающим лицом, с голубыми глазами. Он тревожно смотрел на Альку. Она осмотрела все вокруг. Черноты больше не было. Была просто пустота. Ничего не могла вспомнить Алька. Она потеряла память. С памятью ушла невыносимая боль, ушло её страшное горе, она забыла, и свое горе, и то, что должна была умереть. Алька подсознательно не хотела, чтобы вернулась память. А пустота, она совсем не страшная. Кроме того, у Альки теперь есть защитник, её ангел-хранитель. Алька знала точно, что с ним она не должна расставаться. Откуда была эта уверенность, она не знала. Женщина запуталась, её душа потерялась среди огромного мироздания.
Несколько дней Алька пролежала в сельской больнице. Ответственность за неё взял на себя Дмитрий. Он сказала, что заберет Алину из больницы. Людмила, раздумывая, правильно ли поступает их друг, беспокоясь за него, спросила накануне выписки Альки из стационара:
-- Ты всё взвесил? Ты ведь её совсем не знаешь. А она ничего не помнит. Кто знает, из какой она семьи?
-- Семья ещё ничего не значит, - вмешался муж Людмилы. - Тебе ли этого не знать?
Люда несколько смутилась:
-- Да я другое имела в виду. Почему вы сразу думаете о неблагополучных семьях. Вдруг она дочь какого-нибудь генерала, министра.
-- Это было бы очень неплохо, - заулыбался Дмитрий.- Я ведь тоже не последний человек.
-- Да ну вас, - рассердилась женщина. - Я совсем не об этом. А если её ищут, если у неё муж, дети?
-- От мужа уведём, детей усыновим, - парировал Дима.
-- Ну а что твои родители скажут? - не отступала женщина.
-- Моя мать, обычная деревенская женщина, мечтает, чтобы я женился, - отшучивался мужчина.
-- Вот-вот, привези ей неизвестную русалку...Без имени, роду, племени... - продолжала сердиться Людмила.
-- Хватит, Люда, - примирительно сказал Алексей, - вспомни своих родителей. Откуда в тебе этот снобизм?
Женщина замолчала. Обняла прибежавшего сына. Маленький Николай очень нервно реагировал на повышенные тона, на любой спор.
-- Ты лучше мне как медик скажи: я правильно поступаю, забирая её с собой? - задал волнующий его вопрос Дмитрий.
-- Не знаю, - ответила Люда. - Ей решать, она взрослая женщина, по паспорту старше, чем выглядит.
-- Я переберусь завтра в гостиницу, там же сниму номер для Али.
Люда обиделась:
-- А мы уже не в счёт, или дом у нас маленький?
-- В самом деле, кончай, - укоризненно сказал Алексей, - места у нас хватит, да и Люда рядом. А ты, Людка, кончай его отговаривать.
-- Да не отговариваю я, я беспокоюсь просто. Да и как медик скажу: у нас Альке будет лучше. Всё-таки нас она уже знает.
-- Когда я на тебе решил жениться, помнишь, как все окружающие завыли, - подводя итог разговору, произнёс Алексей, - только Димка сказал, чтобы женился. А теперь моя очередь его поддержать: не отпускай, друг, женщину, которая припала к сердцу. Женись, если нравится.
-- Да, - подтвердил маленький сын друзей, - не отпускай русалку, дядя Дима, ведь я ещё не видел вашу Альку.
-- Как ты сказал? - засмеялся Алексей. - Надо тетя Аля говорить.
-- А Альку-то саму спросил кто-нибудь? - не успокаивалась Люда. - Её мнение тоже надо учитывать.
-- Она должна согласиться, - уверенно произнес Дмитрий.
Альку привезли на дачу Алексея. Она сначала чувствовала себя очень неловко. Но доброжелательность Люды и Алексея, поддержка Дмитрия сделали своё дело. Алька начала улыбаться. Помогала Люде по хозяйству. Оказалось, она неплохо готовит. Правда, всё больше сложные блюда, с выкрутасами. Например, фаршированную рыбу, плов с тысячью компонентов. Умела печь пироги, чем заслужила сразу любовь маленького Николая. Мальчик вообще сказал, что раньше видел тетю Алю, только она была толстая и старая, и пирогами она его угощала тоже раньше. Люда и Алексей обменялись встревоженными взглядами.
-- А я не помню, - с виноватой улыбкой произнесла Алька.
-- Это он фантазирует, - сказала успокаивающе Люда. - Не мог он тебя видеть.
Полоть и поливать Алька тоже умела, но, чувствовалось, не любила. Постепенно у спасенной девушки проявился живой, весёлый характер. Она могла с визгом играть в прятки с Колей, и, вообще тянулась к ребенку, словно он ей кого-то напоминал. Часто брала его на руки, напевала незатейливые песенки, рассказывала сказки. Иногда подступали слезы, особенно, когда мальчик обращал на нее свои темно-коричневые глаза. Ей казалось: она вспомнит что-то очень важное, и пугалась этого. Девушка никому не говорила о чувствах, что вызывает в ней мальчик. А Алексей, кажется, что-то заметил. Но прореагировал очень своеобразно.
