Таких горемык собиралось на вокзале несколько сотен, у кого-то заканчивался отпуск, кому-то надо готовить детей к школе, кто-то возвращался из командировки, народ разбивался на кучки, в каждой был вожак – настоящий буйный, который-то уж точно знал обстановку и что делать. Мы разъединились – каждый стал собирать информацию отдельно, собранные и проанализированные сведения были неутешительны: поезда продолжали курсировать, но для того, чтобы купить билет, нужно было предъявить справку о том, что ты здоров и не являешься носителем холерного вибриона. Справку можно было получить только в нескольких больницах города, специально перепрофилированных на время карантина, который собираются ввести в городе в ближайшее время. Попасть в больницу сразу по обращении невозможно – ввиду большого количества людей, стремящихся покинуть город, больницы переполнены и там существует предварительная запись. Во избежание инфицирования прошедших цикл исследования и получивших справки их группами отправляли на вокзал, где они ожидали отправления без права покидать зал ожидания. Услышав всё перечисленное, мы решили перебраться в Кишинёв, где, по рассказам, всё было попроще, билеты туда ещё продавались, и вечером мы укатили. Радость наша была недолгой – поезд остановили в Бендерах, сообщив, что дальше он не пойдёт, что мы должны оставаться в вагоне до утра, а затем нас то ли поместят в карантин, то ли просто заставят дожидаться окончания всей этой канители, то ли утопят в пруду.
Не став дожидаться ни того, ни другого, мы покинули вагон, никаких препятствий нам никто не чинил, прошли пешком сквозь город, нашли какую-то полянку, на которой стояла туристическая палатка, недалеко поставили свою и завалились спать.
Утром стали разбираться, где мы, пошли за консультацией в соседнюю палатку, там жили туристы из Москвы, семейная пара и парень, их друг. Они растолковали нам, что мы находимся рядом с молодёжным лагерем, то ли международным, то ли всесоюзным. По этой причине костров разводить нельзя, но можно питаться в ресторане лагеря, который располагался в стандартной советской шайбе – здании из профилированного ПВХ цилиндрической формы, находящемся метрах в тридцати от нас, можно пользоваться туалетом ресторана, можно ходить в лагерь на волейбольную площадку и на танцы. За небольшую плату можно посещать лагерный душ, в целом переждать смутное время вполне возможно, что они и делают, поскольку попали в такую же ситуацию, как и мы.
Всё было прекрасно, за исключением того, что утренняя ревизия наших средств засвидетельствовала практически полное их отсутствие, денег было рубля три, не больше. Теоретически можно было отбить телеграмму, и, конечно, Людмила, наверно, заняв у родителей, прислала бы мне нужную сумму, но я об этом даже думать не хотел, при моей теперешней зарплате тянуть ещё деньги из нашего тощего бюджета я не мог себе позволить. А Юрке жена ещё по отъезду заявила:
– Деньги кончатся – даже не думай звонить, добирайся, как хочешь.
Но голод не тётка, пошли позавтракать в ресторан, взяли чаю, хлеба, по две порции сливочного масла и по две порции манной каши, по ходу трапезы поинтересовались у официантки, не знает ли она какой-нибудь стройки в Бендерах, где могли бы пригодиться наши мозолистые руки. Она ответила:
– Так у нас для лагеря новые корпуса строятся, площадка километрах в трёх отсюда, попытайтесь там поговорить.
Мы разузнали, как добраться до лагеря, дождались автобуса, проехали остановок пять и вышли на остановке «Лагерь».
Водитель автобуса рассказал, где находится лагерь, хотя ошибиться было сложно – ворота его располагались метрах в пятнадцати от остановки. Нам повезло – войдя в ворота, мы увидели группу людей, сидящих на корточках вокруг чертежа, выяснилось, что среди них был прораб. Подошли, объяснили ситуацию, что в турпоходе в Закарпатье у нас украли деньги, одежду, а тут ещё холера, мотаемся по стране, денег просить на обратную дорогу не у кого, у обоих в семьях маленькие дети и жёны не работают. В принципе если и приврали, то совсем чуть-чуть.
Прораб выслушал нас, не перебивая, внимательно разглядывая, поинтересовался:
– А остановились-то где?
– На поляне рядом с рестораном.
– Так это ваша вторая палатка, которая сегодня появилась?
– Наша.
Прораб разогнулся, спросил:
– А что можете?
– Всё: плоское катать, круглое таскать, бетон месить, немного по плотницкой части, немного по слесарной.
– Работа, говорите, нужна… Хорошо, видите машину с байдаком? – прораб, указал на бортовой грузовик с удлинённым кузовом, стоящий посередине площадки. – Разгружайте.
Мы с Юркой направились к грузовику, сняли рубашки, остались в шортах.
– А рукавицы дадите?
– Ребята, дайте им рукавицы.
