– Молодец. – хвалит его отец Кардоны. – Игнатий, принеси Феникс Санрайз, мы скоро приступим к эксперименту.
Я наблюдаю как послушно Тенебрис поворачивается в сторону выхода и скрывается в коридоре. Он всего лишь марионетка.
– Так это вы были покупателем? – ошарашенно спрашиваю я, лишь бы не молчать.
– Мне так приятно, что вы этим интересуетесь. Да, я. Еще я владелец Зачарованного круга и множества заведений в Имерии Серебрянной Луны, в которых успешно продается Феникс Санрайз. И как вы уже поняли, мисс Эверлорн, этот напиток не совсем прост. Как-то мне надо было найти драконов. Заставить их обращаться и нападать на людей… Манипулировать их зависимостями. – Мужчина кидает взгляд туда, где только что стоял Тенебрис.
– Но… Зачем?
– Вы так молоды… Конечно же власть. Драконами можно управлять. Вы только представьте войско крылатых, которое вам полностью подчиняется.
– Вы не в себе… – бормочу я себе под нос.
– Не говори так о моем отце. – приказывает Мэри.
Острая боль пронзает мою щеку от удара, глаза против воли наполняются слезами. В следующий миг я ощущаю холодное лезвие кинжала Кардоны у своей шеи.
– Ты даже понятия не имеешь кем является мой отец. И кем являюсь я.
– Мэри, дорогая, не спеши. – Останавливает ее отец.
– Ох нет, папочка. Я не собираюсь спешить. Я буду смотреть на ее мучения и наслаждаться криками. Спасибо тебе за такой подарок на день рожденья. – шипит однокурсница. – Эверлорн, тебе не стоило встревать между мной и Валерианом. В начале обучения ты была мне даже симпатична, но потом… Ты стала проблемой. Скоро от тебя останется лишь горстка пепла! А Стормбрингер станет моим по праву рождения!
Лицо Мэри перекошено, искажено ненавистью и безумием до неузнаваемости. В ее глазах пляшут огоньки одержимости, а уголки губ дергаются в неконтролируемом тике. Она настоящая психопатка, и я в ужасе осознаю это. Как я не заметила это раньше?
– Девочки, вы закончили? – перебивает нас отец Кардоны. – Ты довольна? – обращается он к дочери.
– Еще как. – ядовито отвечает она. – Ее место всегда принадлежало мне.
Ей… да кто же она?
– Отлично. Нет свидетеля и нет невесты. – довольно потирая руки, произносит отец Кардоны, когда в помещение вновь заходит Тенебрис, с ящиком, наполненном баночками с Феникс Санрайз. – Знаете, мисс Эверлорн, мне о вас много чего рассказывали. Вам выпала честь стать частью нашего эксперимента.
– Что вы вообще из себя возомнили? Император все узнает. И вас накажут. – Мои руки сжимаются в кулаки. Внутри меня поднимается волна ярости и решимости.
– Наивная. – Цокает языком Мэри. Ее кинжал все еще приставлен к моему горлу. Я ловлю на себе обреченный взгляд Эргана.
– Вы не получите того, что хотите, – произношу я твёрдо, но это звучит бессмысленно.
– Мы долго наблюдали за вашими отношениями с маэстро Ларкхартом. – Тенебрис. Нам просто стало интересно, сколько ему нужно выпить зелья, чтобы окончательно потерять голову и начать убивать. Например, вас.
В груди защемило. Значит, они тоже знают, что он не способен убивать невиновных.
– Нет. Он не будет убивать.
Я смотрю на драконью кожу, проступившую на теле Эргана и вспоминаю его обещания. Он не будет… Ведь так… Однако сомнения закрадываются слишком глубоко внутрь. Я вспоминаю его угрозы… Он с трудом держится, чтобы не принять форму дракона… И все же, я уверена, что он не станет этого делать.
Отец и дочь смеются надо мной, пока Тенебрис вливает в горло Угольку зелье. Одна бутылка. Вторая. Третья.
– Достаточно. – говорит Тенебрис. – Мне обычно хватает двух.
– Еще. – сверлит его взглядом Кардона. – Интересно, сколько ему надо, чтобы он полностью сошел с ума? Тогда я смогу полностью его контролировать. – она говорит так, словно Эрган ее домашний питомец.
Мое сердце сжимается от увиденного. Тенебрис продолжает вливать зелье Эргану, пока тот с трудом сдерживает свою сущность. Его взгляд, полный ярости и жажды крови не может не пугать.
– Пустите его! Он же ни в чем не виноват! – кричу. – Зачем вы это делаете? – Я в таком ужасе, что даже не плачу, но и не слежу за логикой своих мыслей. Или же, я просто пытаюсь отвлечь себя от понимания, что шансы выбраться отсюда живыми ничтожны… Я могла бы использовать сонный коралл и рассветный померанец… Но это не решило бы проблему с семейством Кардоны, и с Мэри, которая продолжает держать кинжал у моего горла.
– Какая же ты жалкая, Эверлорн. А еще и тупая. Как только Стормбрингер выбрал тебя на место своей невесты? – Фыркает Мэри. – Никто не отпустит, ни тебя, ни маэстро.
Тенебрис, закончив с вливанием зелья, подходит ко мне, затем, так больно выкручивает руки, что я вскрикиваю. Проведя руками по бокам и нащупав баночки, он вытаскивает их из моих карманов.
– Сонный коралл? Рассветный померанец? – Он держит их в одной руке и надменно рассматривает. – Пфф… Тебе это не поможет. – Он бросает их на пол, разбивая баночки на мелкие осколки.
Я планировала их использовать на нем. Беспомощность вновь сдавливает мою грудь.