– Мое письмо тоже нужно отправить, – спохватилась Сабина. Пройдя к столу, она взяла с него аккуратно сложенный бумажный лист. – Это для моего отца.
Вольт тут же напрягся по-настоящему.
– Просишь его ускорить расторжение нашего брака? – спросил он, с силой сжимая челюсти.
Сабина помедлила, но после сердито проговорила:
– Вот еще! Я не собираюсь больше вмешивать отца в наши размолвки, Краспер. Здесь лишь краткий рассказ о том, что мы добрались до места и хорошо устроились, а также мои сомнения по поводу законности действий губернатора.
Вольт кивнул, стараясь сохранить внешнее спокойствие, но все же не выдержал и, сделав шаг вперед, осторожно поцеловал Сабину в щеку. Смешной подростковый поступок заставил его сердце биться быстрее и вызвал желание немедленно продолжить по-взрослому, с размахом. Но она точно не оценила бы такого напора. Потому, призвав на помощь железную силу воли, Вольт отступил.
– Я больше не обману твое доверие, обещаю.
Наградой ему стал ее удивленно-восторженный взгляд и яркий румянец на щеках.
– Уж постарайся, – как можно более строго потребовала Сабина, при этом пряча смущенную улыбку и глядя куда-то в сторону, лишь бы не ему в лицо. – Я что-то проголодалась. Думаю, пора составить компанию твоей маме и ложиться в постель.
После этих слов она густо покраснела и, испуганно посмотрев на Вольта, пробормотала:
– Спать. Я имела в виду… лечь пораньше. Потому что нам завтра рано вставать.
Вольт не ответил, хотя на языке так и вертелась парочка острых фраз. Вместо того чтобы смущать супругу еще сильнее, он предложил ей опереться на его локоть и послушно отправился в столовую.
Вечер удался на славу. Миссис Краспер на удивление быстро расправилась с едой, согласилась доставить их письма и вскоре ушла к себе, сославшись на усталость. При этом глаза ее лукаво поблескивали, а уголки губ явно подрагивали в попытке скрыть прекрасное настроение.
– Как хорошо, когда в семье мир и любовь, – словно бы невзначай заметила она. – Сразу на душе спокойнее. Добрых снов, дети. Не провожайте меня, у вас впереди еще десерт.
Вольт, услышавший в словах матери очередной совет, решил внять ему и отпустил дворецкого, предложив Сабине выпить чай в малой гостиной. Она согласилась, но сурово напомнила, что времени у них совсем немного.
Там, у камина, они снова говорили. Ни о чем и обо всем. Сабина вспоминала детство в Грэми-Холле, и Вольт вдруг попросил рассказать об искре, что упоминала ее мать в столице.
– Искра истинной любви, – проговорила она тихо. – Моя бабушка, правнучка Грэма Кейна, великого мага, славящегося любовью к алхимии, часто рассказывала байки о знаменитом предке. Он много где побывал, видел всякое, любил изобретать и вводить новшества. До сих пор существует мнение, что он опережал свое время. Сам же Грэм говорил, что нет большего несчастья, чем жить без любви, а потому он создал некий артефакт и встроил его в кровать. В свою спальню.
– Отличное место для определения истинности любви, – похвалил Вольт. – Одобряю. А что за артефакт?
Сабина покачала головой.
– Никто не знает. Это осталось тайной.
– Хорошо устроился алхимик. Мне бы кто-нибудь так же на слово верил.
Сабина рассмеялась.
– Грэм очень любил свою жену и без всяких подтверждений магией считал ее своей единственной, – сказала она, продолжая улыбаться и мечтательно глядя перед собой, – но своим потомкам он подарил счастливый шанс найти половинку. Дал подсказку.
– То есть его дети, которых он зачал на той кровати, обретали способность найти любовь с помощью прикосновения?
– Да, – она пожала плечами. – И дети, и внуки, и правнуки… Мама клянется, что при первой встрече между ней и отцом проскочила искра. Тогда она была помолвлена с другим, а он совершенно не задумывался о браке и слыл жутким повесой. Можешь себе представить?
– Легко.
Сабина посмотрела на Вольта и покачала головой.
– А я нет. Не представляю их порознь.
– Годы и привычка взяли свое. Люди, прожившие вместе столько лет, даже внешне становятся похожи.
– Значит, считаешь, искры нет? – с интересом спросила Сабина. Она отставила чашку с остатками чая на поднос и задумчиво посмотрела на собственные пальцы.
И Вольт вспомнил их первую встречу. И прикосновение ее руки. И тишину, последовавшую за этим, а после – безропотное согласие родителей Сабины отдать единственную дочь ему в жены. Чем они руководствовались тогда? Рассудком и пониманием, что он не станет писать статью о собственной жене? Или вера в алхимию любви, когда-то практиковавшуюся неким Грэмом Кейном, настолько сильна?
– Наверняка, это пустое, – Сабина посмотрела на него и легко взмахнула рукой. – Но когда я была малышкой, безумно любила слушать именно эту сказку.
– Да, в ней что-то есть, – согласился он.
– А теперь точно пора спать, – зевая, решила Сабина.
Позже, когда она уже мирно спала, Вольт дописал третье по счету письмо и, подойдя к постели, внимательно всмотрелся в прекрасное лицо супруги.
– Искра там или нет, неважно, – прошептал он, – важно только то, что между нами сейчас. И сейчас я не готов отпускать тебя, Сабина…
* * *
