Я не заметила, как глаза закрылись сами собой, и я провалилась в сладкую, вязкую дрёму. Вымотанная эмоционально, я чувствовала внутри себя всепоглощающую пустоту. Дыра внутри, черная и жуткая, которая грозилась поглотить меня саму, стала куда меньше. Я разбилась на осколки и, кажется, до сих пор не понимала, как собрать себя воедино. Но мгновения покоя, обрушившиеся на меня внезапно, дали забыть обо всем мире. Жаль, длилось недолго. Меня вырвало из сна мерзкое чувство.
— Остановите машину, меня мутит! — выпалила я, резко подавшись вперёд и схватившись руками за передние сиденья. Я толком ничего не видела перед собой. Я боялась, что непоправимое случится прямо сейчас. А оно подкатывало к горлу! Я боялась дышать. В эти секунды я горько, очень горько пожалела, что столько пила, что вообще согласилась ехать куда-то!
Мы встретились с Аррианом взглядами в зеркало заднего вида. Он нахмурился, в глазах читалась тревога. Только почему-то маг не сбросил скорости и даже не подумал свернуть к обочине, чтобы остановиться. Это наказание такое? Стало так гадко.
Шанар резко разворачивается и кладёт мне на лоб свою горячую ладонь. Нет, горяченную! Словно он держал ее на плите, как если бы она была сковородкой, прежде чем коснуться моего лица! Я хотела вскрикнуть, но ни звука не смогла издать, только резко вздохнула, открыла рот и… Всё помутилось. Тошнота и желание опорожнить желудок, набитый лёгкими закусками, тонной алкоголя и желчью, угомонились, а вместе с ними и я, мой разум и весь мир. Все расплылось, голова закружилась. В теле появилась такая приятная слабость и умиротворение. Абсолютно всё перестало быть важным: где я, кто я, куда мы едем. Мне захотелось спать. По-настоящему. Погрузиться в желанный, накатывающий волнами сон. Главное — принять правильное уютное положение. Я откинулась назад на сиденье, а затем просто сползла и свернулась калачиком.
Ноющая боль в ноге стала возвращаться с немыслимой силой. Натруженная моими рвениями к свободе, к самостоятельности, конечность припоминала мне моё упрямство. Пульсирующая боль в лодыжке мешала наслаждаться спокойствием. А ведь Шанар предупреждал! Это всё временно. Я застонала, пытаясь пробиться сквозь толщу целительного наведенного сна к реальности. Но у меня не выходило. Я тянулась к этой боли, желая её погладить, успокоить хоть чем-нибудь. Я чувствовала себя ужасно беспомощной в этой вязкой, уже не сладкой и ненужной темноте.
В следующий раз я очнулась, когда машина резко повернула куда-то и затормозила. Приоткрыв глаза, я увидела только свет фонаря, бивший прямо в лицо и писк светофора где-то на периферии. Тишина. Странное молчание и ощущение, что я в машине совершенно одна. А затем по коже побежали мурашки, стало зябко и я задрожала. Следом меня накрыла тьма, обжигающая, проникающая прямо под кожу своими раскалёнными черными руками, добираясь прямо до сердца.
Через некоторое время сознание проясняется, я хлопаю ресницами и собираю картинку перед собой воедино: потолок машины, мелькающие огни уличных фонарей на нём, а в заднем окне — предрассветное небо, затянутое облаками. В нос ударил едва уловимый запах кожи и бензина, смешанный с ароматом свежескошенной травы и луговых цветов.
Мы все ещё ехали. Кажется, поездка не заканчивалась! Время ощущалось настолько иначе, растянутым и длинным, невыносимо тягучим. Хотелось всё поторопить.
Я лежала, вытянув ноги, насколько позволяла длина сиденья, уперев их в дверцу. Я чувствовала, что одну ногу стягивает кожаный ремешок туфли, а вторая совершенно свободна и оголена.
— Почему с моей ноги снята туфля?
Я оповестила всех, что уже не сплю, хотя они, наверное, уже догадались.
— Почему ты ходишь без сапог? — послышалось в ответ от Арриана. Кто отвечает вопросом на вопрос?
— Потому что я езжу на такси! громко произнесла я, объясняя очевидное. Я не сошла ещё с ума, чтобы в такое время года бегать в туфлях! В отличие от некоторых, я одеваюсь, потому что магия меня не греет.
— Мне пришлось снять её, чтобы исцелить твою ногу. Ты хоть помнишь, как упала?
— Помню.
Я всё помню. Не было таких моментов в моей жизни, чтобы я напивалась до беспамятства или у меня выпадали куски. Никаких провалов, каждое действие, каждое слово засело на подкорке. Хотя я бы с радостью забыла весь сегодняшний вечер. Стало бы легче.
Я закрыла лицо ладонями.
— Отдыхай пока, мы ещё далеко.
— Почему мы так долго едем?
— Время идёт иначе? Тебе кажется, что мир замедлился? — спросил Шанар, повернувшись ко мне. Бусины в его косичках стукнулись друг о дружку. — Это из-за моей магии. Мы на полпути к твоему дому.
Полпути. Всего-навсего. Но это значило, что прошло минут двадцать. Сколько всего успело произойти за такое короткое время. Я ощущала же, что мы движемся со скоростью улитки — два часа, не меньше. Я успела утомиться и желала поскорее оказаться дома, а не в компании сомнительных магов, один из которых им притворялся.