— Нельзя начинать с десерта!
— Можно, если я этого хочу!
Арриан пригрозил мне и опасно прищурился. Я улыбнулась хитро-хитро и, не сводя с него глаз, макнула указательный палец с краю в начинку. Горячо!
— Ну давай, и что ты мне сделаешь, Арриан, потомок Озрана и Хранитель Ветра?
И медленно облизала палец. А он наклонился, и кончик его языка коснулся уголка моих губ. Слизнув каплю черничной начинки, он шумно выдохнул и отстранился. А потом схватился за нож.
— Что я сделаю? Вот этот кусок, в который ты макнула свой грязный палец, и будешь есть. Всё остальное достанется мне.
Я почти обиделась. Вот это я понимаю наказание! Лучше бы он выбрал что-то более изощрённое!
— Нечестно.
— Честно, — твердо заявил Арриан и отвернулся от меня.
Так и прошёл наш вечер. Мы приготовили пасту, забрались с ногами на диван и с огромным удовольствием её съели. Мне казалось это не паста с сыром, а сыр с пастой!
В этой квартире не хватало одной важной вещи современного мира. Но когда я думала, что мне нужен телевизор или хотя бы намек на большой экран, с возможностью посмотреть фильм или сериал… Находилось занятие поинтереснее. И я откладывала разговор об этом на потом. Так произошло и в этот раз.
А потом было нечто невероятно приятное, что мы обещали друг другу взглядами, пока ужинали. Мы были голодны и пока утолили только один голод, остался другой…
— Иди сюда, — потребовал он.
Я оседлала колени Ари и прильнула поближе, обнимая за шею.
Прямо как в первый раз, когда я попросила узнать, что со мной происходит, и он заставил меня погрузиться в себя. Раскрыл тайну моего происхождения и дал мне цель в жизни. А потом мы целовались как сумасшедшие, голодные, дорвавшись до друг друга.
Сейчас мы уже знали, что можно, а что нельзя. Мы уже признались в своих чувствах и не желали их отвергать, назло миру, во имя нас самих.
Поэтому мне нужно лишь немного повернуть голову и наклониться, прижаться своими влажными губами к его тёплым, увлечь, зарыться пальцами в его волосы. Ощутить его руки, блуждающие по телу, так опасно забирающиеся под одежду и желающие коснуться чувствительных мест в надежде сорвать стон…
Мое дыхание становилось все тяжелее, грудь вздымалась все выше. Я смотрела на Арриана, а он на меня. Его пальцы убрали пару моих рыжих прядей за ухо. Он рассматривал черты моего лица, а в серо-голубых глазах лучились тепло и нежность, щемящие мое сердце, потому что так на меня смотрел только он.
И чем больше секунд убегало от момента, как я села к нему на колени, тем меньше хотелось срывать этот плод и вкушать его.
Витало что-то такое между нами… Ни он, ни я не решались сократить расстояние и вновь вкусить поцелуй партнёра. Однако… Арриан позволил себе вольность, как и я позволила себе в это мгновение прижаться к нему ближе. Медленно освободив его белые волосы из плена резинки, зарывшись в них пальцами, я припала к его губам. Его руки гладят мою спину, сжимают талию, скользят ниже, пока не добираются до ягодиц — там и замирают. Так продолжается, пока я со стоном не подчиняюсь и не поддаюсь Хранителю, не в силах обуздать пробудившуюся бурю. Он отклоняет меня назад, все дальше и дальше, поддерживая под спину почти на весу. А потом больно кусает меня за нижнюю губу и оттягивает её. Я теряюсь и с силой впиваюсь ногтями в его плечи.
— Ари… — впервые я произношу его сокращённое имя вслух.
И вот он, собирая мои волосы в кулак, легонько потянув, отводит назад мою голову и отпускает на волю свой голод.
Лучшее лекарство от сегодняшнего дня.
Даже одежда не может отгородить нас от жара, рождающегося глубоко внутри. У меня путаются мысли, а сердце идет вразнос.
Я чувствую, как изнутри поднимается поток. Он медленно растекается по телу, подобно лаве, обостряя нервы до предела. Магия.
— Снимай это! — потребовала я, желая сейчас же провести по его сильному телу руками.
Я подняла края его футболки, а он как послушный мальчик, поднял руки, помогая мне стащить ненужный атрибут одежды.
Я сделала то, что хотела — медленно провела ладонями по его груди, по кубикам пресса, до светлой дорожки волос, убегающей под его джинсы. Я сладко улыбнулась.
Стала целовать его подбородок, горло и прокладывать дорожку из поцелуев к его мускулистой груди, а затем языком коснулась его розового соска. Он напрягся и замер, точно прислушиваясь к своим ощущениям. Мне понравилось, как среагировал мой мужчина, так что я продолжила. Звук, рождённый где-то в горле, его протяжный, сдержанный стон, мне тоже понравился. Арриан погладил меня по волосам, а потом заставил поднять голову и посмотреть на него.
Дождь за окном не прекращался и, кажется, только усилился.
Запах. Его запах только усилился. Почему он так божественно пахнет? Полевые травы, дикая ревущая буря — озон и свобода. А ведь я помню день, когда всё изменилось. Утро, когда наступила весна и развеялись зимние морозы. Я наговорила ему гадостей и надеялась, что больше никогда не увижу Хранителя вновь. Но с тех пор никаких морозов, напоминающих мне о Диамане и той ночи.
— Давно хотела спросить, — прошептала я в перерывах между поцелуями. — Ты сменил парфюм?
