Порой всего одна чашка горячего шоколада способна коренным образом изменить жизнь. Особенно, если все ее содержимое растекается по праздничному костюму загадочного незнакомца. Главное не отчаиваться, не пасовать перед неприятностями и всегда надеяться на лучшее. Авось и обойдется…
Тренировка шла полным ходом. Обычная выматывающая физподготовка, ставшая к третьему курсу привычной, если не сказать рутинной.
— Темп! Темп! — орал магистр Салмелдир. — В здоровом теле что? Правильно! Здоровый стул!
Сам шутил, сам ржал. Неправильный нам эльф какой-то достался в кураторы. Мы привычно трусили по академическому полигону, стараясь не сбивать дыхание. Потому что все самое сложное злобный куратор обычно приберегал на конец тренировки. Сам же Салмелдир словно и не уставал вовсе, бегал и тренировался с нами наравне, оставаясь бодрым и веселым даже тогда, когда с ног валились самые сильные из нас.
Я держалась ближе к концу вереницы адептов. Вперед не рвалась, но и от основной группы не отставала. Эльф нагнал меня, когда группа пошла на десятый круг.
— Темп, адепт Снарк! — рявкнул он и отпустил свою очередную скабрезную шуточку: — Кто последний, тот и вводит!
— Я девушка, — скептически ухмыльнулась я, продолжая бежать за однокурсниками.
— Да-а? — кажется, вполне искренне удивился куратор. Почесал затылок и широко улыбнулся. — Всегда считал, что лучше один раз родить, чем каждый день бриться.
Обхохочешься! Это он меня так подбодрить решил? Рожать-то ему не грозит. Впрочем, как и бриться. Все знают, что у эльфов на теле нет растительности. Хотя, у такого ядовитого засранца, как наш магистр, она вполне могла бы появиться. Из вредности. И ответить хотелось в таком же ключе, но Салмелдир уже догонял лидеров, не прилагая никаких видимых усилий. Как ему это удается? Эх… Древние расы!
— Две минуты перерыв! — скомандовал магистр, едва мы осилили двадцатый круг.
Нет, ну пятнадцать-то нам было привычно, но сегодня эльф видимо пребывал не в духе и зверствовал. Может, очередная пассия бортанула? Я окинула взглядом поджарую, мускулистую фигуру куратора. Синие глазищи ехидненько так поблескивают, золотые волосы, собранные в высокий хвост небрежно разметались по широким плечам. Хорош. Даже я оценила. Значит, вряд ли. Таким не отказывают.
Сидеть на пожухлой траве не хотелось. Я отошла с дорожки и прислонилась к дереву. Прикрыв глаза, из-под опущенных ресниц наблюдала за Итоном — моей тайной симпатией вот уже на протяжении последних трех лет. Надеюсь, об этом никто не догадывался.
— Закончили расслабляться! — заорал эльф. — Лучше синица в руках, чем дятел в заднице! На полосу, живо!
Так и знала, что его извращенный древний ум выдумает нечто такое в преддверии праздника. Полосу я не любила, потому что ее прохождение неизменно заканчивалось купанием в грязи. И ладно бы летом, но сейчас окунаться в ледяную жижу совсем не хотелось. Куратор же продолжал издеваться.
— Живее, сони! — рычал он, прыгая вместе с нами. — Лучше семь раз покрыться потом, чем один раз — инеем!
О, великий! И где он берет эти свои прибаутки. Ведь не повторяется, гад!
Когда группа дошла до бревна, над которым понуро висели набитые соломой мешки, магистр отошел в сторону и призвал стихию. Воздухом Салмелдир владел виртуозно, оправдывая свое имя, которое с древне-эльфийского (если верить библиотечному справочнику) переводилось как «соратник ветра». Да, именно ветер сейчас и появился, раскачивая над тонким бревном колобахи толщиной в три меня. А внизу, по обе стороны от ненавистного снаряда, находились два широких рва, заполненных жидкой, а сейчас немного подмерзшей, грязью.
За три года мне удалось лишь раз пройти это испытание так, чтобы не искупаться в ней. Впрочем, не мне одной. Все наши время от времени там оказывались. И сейчас адепты смотрели на бревно и рвы с брезгливостью, заранее предвкушая всю прелесть полета.
— Делу время — потей сейчас! — снова заржал эльф. — Погнали!
Мы, конечно, погнали, потому что выхода-то ни у кого из нас не было. Магистр что-то там кричал, шутил, но я сосредоточилась на мешках. Мне просто необходимо остаться чистой! Жизненно необходимо.
Стартовала, набирая скорость. Мне казалось, что я настолько слилась с миром, что даже соломенные тюфяки, пытающиеся сбросить с бревна мое не особо крупное тело, стали со мной единым целым. Выжидала, делала шаг, снова выжидала, бежала, и снова стояла, пропуская очередной полет мешка. Еще пара рывков и я у спуска. Еще один и… Не верю! Мне удалось проскочить! Высшие силы! Я это сделала, оставшись чистой и относительно сухой.
Оставалось дождаться конца тренировки.
— Кто кончил с бревном, начинайте отжиматься! — бросил очередную двусмысленность эльф.
Пришлось тащиться к лавочкам. Подходили липкие и грязные однокурсники, которым повезло чуть меньше, чем мне. Они тоже отжимались, потом качали пресс, затем приседали…
— Грязь не сало — высохло и упало! Взялся за гуж — не забудь сходить в душ! — глумился Салмелдир. Вот только все уже привыкли к его перлам и почти не обращали на них внимания.
В конце занятия нас выстроили в шеренгу. Куратор прошелся вдоль ряда, хмыкнул и констатировал:
— Хотели как лучше, а вспотели как всегда! Итон Клери и Валери Снарк — свободны. Остальные — два круга вокруг полигона!
