Обвела пространство глазами, дабы найти хоть одно знакомое лицо. Черные диванчики и столики сливались с общей картинной темнотой. Меня каким-то неведомым мне чувством тянуло к большим диванам с видом на весь танцпол. И стоило приглядеться, как я узнала всю подноготную в лице каждого, кто там сидел.
Студенческие годы. Самые счастливые годы в моей жизни с момента смерти мамы. Мы не просиживали дома ни одного свободного вечера. У меня появилось много знакомых, подруг и друзей, с которыми мы замечательно проводили время.
Это было давно, с тех пор многое изменилось. А лица всё те же. И Ник, широко улыбаясь, водит рукой по волосам. Нервничает, немного раздражён, а так и не скажешь. Смеётся и поза расслабленная.
Ступая по мягкому ковру, я двинулась к нему в своих туфлях на квадратных каблуках. Черная юбка длиной до середины бедра покачивалась в такт моим движениям. Замерла у низкого устойчивого каблука. На меня уставилась не одна пара глаз. Заинтересованных, удивлённых и даже шокированных. Ник поднял голову, и улыбка сползла с его лица. Так напрягся, будто я пришла по его грешную, проклятую душу с ножом в руке.
— Виларская?! — Раздался шокированный возглас. Чью-то челюсть пора подобрать.
Напряжение быстро сошло на нет, не продлившись и полминуты. Картина предстала на редкость примечательная. В компании было четверо парней, все одеты с иголочки. И две девушки — Витория и ее подруга Нинель, те сидели на коленях у своих спутников, обнимая их за шею.
— Салдарина, какая встреча! — воскликнула Витория. И захихикала.
Косые недвусмысленные взгляды никто не пытался скрыть. Я отнюдь не выглядела посмешищем. На мне дорогая дизайнерская юбка и топ, колготки и туфли из последней коллекции. Все это хорошо сочеталось и вполне вписывалось в дресс-код вип-зоны клуба. Отчего тогда на меня смотрят, как на пугало, и смеются, будто я пришла в бабушкином свитере и решила себя всем показать?
— Салдарина-мандарина. Мандаринка!
Я одарила хрюкающего парня взглядом полным презрения.
Пэриш Левин, первый в категории «сила есть, ума не надо», один из сокурсников Ника по боевой магии. Та и лишила его последних зачатков мозга. Я могла бы поставить кругленькую сумму на то, что он либо работает в магической безопасности, либо основал на деньги семьи собственную компанию по обеспечению защиты магам высшего порядка. Босс-вышибала.
Мой откровенный взгляд Пэриш расценил по-своему.
— Знаешь, птичка такая есть. Ты на нее сейчас похожа.
Макияж. Яркие оранжевые тени, зелёная подводка. Ох, ну конечно, с фантазией у этих магов все в порядке. Закатив глаза, я снова посмотрела на Ника. Усталость, ленивое любопытство и лёгкий прищур. Весь его вид так и говорил: что ещё тебе нужно?
— Надо поговорить! Выйдем? — грозно спросила я, намекая, что дело принимает новый оборот, и я крайне заинтересована в ответах.
Конечно же Николас Рейнсейр увидел возможности. Теперь я пришла к нему сама…
— Поговорим, если останешься, — протянул он, откидываясь на спинку кожаного дивана. Быстро же он почувствовал свои привилегии.
— Что это за очередные условия, Николас?
Он пожал плечами, мол: не хочешь, не надо.
— О, Силы! — воззвала я, сложив руки на груди в защитной позе.
Команда поддержки сработала гладко, без сучка, без задоринки:
— Присаживайся, — лукавая полуулыбка и томный, бросающий вызов взгляд
Мне похлопали по дивану, призывая присесть рядышком. Как собачке. Я растянула губы в пренебрежительной усмешке. Мы смотрели друг другу в глаза неотрывно.
Диаман Торгон, завсегдатай компании Ника со времён учебы. Он был симпатичным сам по себе, но его внешность не выделялась на фоне других парней и, его внешность не выделялась на фоне других парней, и, если сравнивать, — его смело можно назвать обычным. Прямой длинный нос, узкий подбородок и широкая линия губ, отчего улыбка становилась не просто обворожительной — завораживающей. Истинно дамский угодник. С момента, когда я видела его последний раз, он отрастил свои темно-каштановые волосы — теперь они достигали его плеч. С правой стороны прядь была убрана за ухо, оголяя его и демонстрируя вдетое в мочку серебряное кольцо.
Я бросила пытливый взгляд на Ника, но тот лишь ухмыльнулся, поддерживая игру друга. Мол, давай, я жду твоего решения.
Остаться или уйти прямо сейчас? Что ж, если это плата за ответы на горящие синим пламенем вопросы, то я ничего не теряю. Один вечер можно предаться ностальгии.
Я обошла столик и протиснулась мимо Пэриша, волосы которого мало того, что светлые, так ещё и коротко стриженные, отчего он казался лысым. Девушкам пришлось подвинуться. Нинэль не расстроилась, прильнув к Нику — ей явно было всё равно кого обнимать. Она была пьяна, ей всё нравилось. Витория фыркнула и потянулась за коктейлем. Всё внимание переключилось на меня. Меня ведь столько лет никто не видел. А тут на тебе — пришла к Рейнсейру, почти свалилась на голову. Как гром среди ясного неба.
