Шерман коснулся кончиками пальцев знака бабочки на плече Брин. Почему же ему никто не сказал, что она просватана за принца водянок? Не посчитали нужным? Подумали, что он и так все знает? Норлок почувствовал, как в нем закипает злость, и сделал глубокий вдох. Когда он обнаружил разноцветную бабочку на плече Брин, его сердце замерло и пропустило удар. Гоблин! Шерман и так знал, что пока он принадлежит королевскому дому оборотней, между ним и Брин не может быть ничего серьезного! Оказалось, гораздо меньше, чем ничего. И что делать? Отдать ее водянкам, а потом шерстить заводи, надеясь встретить Брин в ипостаси русалки? Шерман выругался и застонал от собственного бессилия. Властители, да почему же вы так жестоки? Зачем дарить надежду, которой не суждено сбыться? К чему манить обещаниями, которые вы не собираетесь выполнять? На кой гоблин травить душу, позволяя прикоснуться к мечте, которой никогда не суждено обладать?!
Брин улыбнулась во сне и придвинулась ближе, устраивая головку на его плече. Шерман осторожно, чтобы не разбудить, обнял ее и прижал к себе, наслаждаясь цветочным ароматом ее волос. Властители сыграли с ним злую шутку, сделав его рабом и позволив встретить Брин. Однако норлок не собирался сдаваться. Для начала, он должен защитить ее от эльфов. А там… там будет видно.
Утреннее прощание с Шерманом вышло комканым и каким-то нервным. Норлок бесился, не желая отпускать меня к эльфам, но заключенный королевский контракт висел надо мной, как дамоклов меч. Я пыталась привести его в чувство, деликатно намекая, что у него и без меня дел по горло, и что Богарт его уже заждался, но все было бесполезно. Упертый норлок не хотел признавать никаких доводов.
— Ну и что ты предлагаешь? — устало сдалась я.
Нда… зря я спросила. Фантастические прожекты посыпались из Шермана один за другим. Одно было хорошо — в какой-то момент до норлока доходило, что он несет полную чушь, и он тут же переключался на что-нибудь другое.
— Да заплачу я штраф за прерывание контракта! — решился, в конце концов, Шерман.
— Да? А ты ничего не забыл? — ехидно поинтересовалась уже поднаторевшая в законах этого мира я. — Ты сам не свободен. И откупать кого-либо, даже от контракта, не можешь. И вообще… где ты возьмешь столько денег? У Яргела займешь? Насколько я знаю, собственность не может иметь собственность. И даже если король закрывает глаза на твои мелкие правонарушения типа заработков в дороге или оплаты девиц легкого поведения, я не думаю, что он так же лояльно отнесется к прерыванию королевского контракта. Тем более, что это не в его интересах.
— Да не хочу я отпускать тебя к эльфам! Не хочу!
Я похихикала над упертым норлоком, спустилась вниз к своим собратьям по актерскому ремеслу и… выяснила, что они тоже не горят желанием брать меня к эльфам.
— Да вы что все сегодня, с ума посходили? А как же контракт? — возмутилась я.
— Вот только контракт нас и держит, — буркнул Мимел. — Да еще то, что эльфы именно менестреля потребовали. Им, видишь ли, на остальных и смотреть-то неинтересно.
— Так что получается, что вы мне еще и на хвоста сели? — весело фыркнула я.
— Зря ты так, — пробубнил, нахмурившись Мимел. — К эльфам ехать небезопасно. И на твоем месте я бы запретил Мирлин за нами следовать. Она поехала как твоя служанка, контракт не заключала, так что пусть остается в трактире и ждет нашего возвращения.
— Я вас не оставлю! — тут же вылезла Мирлин.
— Тебя забыли спросить, — осадила ее я. — Что скажешь, Тур? Ты ее жених, ты тоже имеешь право решать ее судьбу.
— Пусть остается, — тут же сказал Тур. — Для охраны с ней варш будет, а денег, чтобы нас дождаться, ей хватит.
— Вот ты как?! — взвилась Мирлин. — Ну и езжайте! — она всхлипнула и вылетела из комнаты, хлопнув дверью.
— Собирай вещи, нам пора выезжать, — бросил мне тролль.
Позволь мне этот мир
Как следует запомнить,
А если повезет,
То даже и заполнить
Хоть чьи-нибудь глаза
Хоть сколь-нибудь собой.
Конечно, оставлять Мирлин одну в трактире, без малейшего присмотра, мне хотелось ничуть не меньше, чем прощаться с норлоком. Однако и Мимел, и Тур были правы. Тащить ребенка на эльфийские земли, где нам может грозить опасность, было глупо. А опасность нам действительно может грозить, в этом сходились все члены нашей небольшой компании. И недоверчиво посматривали в мою сторону, понимая, что я отчего-то не разделяю их опасений. Блин, ну не могла я воспринимать эльфов как злобных и хитрых тварей! И почему в этом мире все было не так? Вампиры оказываются вполне милыми существами, а об эльфах окружающие отзываются ничуть не лучше, чем о норлоках. Дурдом! Однако мои попутчики воспринимали окружающую действительность куда серьезнее. Они почти не разговаривали, костры лишний раз старались не жечь, а буквально через пару часов гремлины даже приняли свою истинную сущность. Дескать, все равно эльфы смогут их «увидеть», если захотят, так чего зря стараться.
