Определенно, сегодня день потрясений. А если подсчитать число событий за последние несколько суток, смело можно заявить, что я получил ровно то, чего хотел. Хотел жить? На, получай! Количество событий на единицу времени зашкаливает. Кровь бежит в жилах, настроение меняется от «Я люблю мир, девушек и секс» до «Надо закопать тело и голову в разных местах, а ещё лучше сжечь, чтобы бес не восстал». От воодушевления и легкой эйфории, от чувства победы до полного офигевания.
Было отчего впасть в уныние. Внезапно для себя я узнал СЛИШКОМ много нового. Ну ладно-ладно, почти нового. Если так подумать, без эмоций, о многом я уже в курсе.
— Помнишь я рассказывал о ходоках? — тихим, обреченным голосом спросил Сергей, стоя у машины.
— Да… — ответил я аккуратно, боясь его спугнуть. Сердце сжалось от предчувствия беды.
— Ты уже слышал, что у бесов есть ступени силы. У ходоков — тоже. Слабые могут забросить какой-нибудь предмет на сотню другую метров. Но не надо недооценивать эту возможность. Представь, что тебе в дом, когда ты спишь, перемещается граната. Есть чего опасаться, не так ли? Те, кто посильнее, уже могут людей перебрасывать, ну, или сами ходить. Самые сильные перебросят целое войско.
— Звучит жутко.
— Есть мнение, что ходуны одна из причин бесконечных войн в мире. Очень уж легко воевать, когда можешь таким образом избавиться от врага. Поговаривают, что наш новый князь тоже ходун не из последних. Не просто так у него фамилия Медведев.
— Это как-то связано со зверем, про которого ты рассказывал?
— Возможно. Кто мне тайны раскроет-то? Но раньше фамилии получали как раз по способностям. Сам делай выводы.
Какие тогда родовые способности у Соколовых или Коршуновых? Надо будет поискать, есть ли такие магические звери.
— Так, и при чем здесь ходоки?
— А как спать спокойно, если к тебе в любой момент заявиться могут? Тема больная, сколько человечество себя помнит, наверное. Наша же беда в том, что решение было найдено, — кивнул он на булыжник, что валялся в коробке.
— Не понимаю.
— Это блокиратор перемещений. Ставишь в доме, и к тебе никто заявиться не сможет. Штука до жути редкая. Стоит как весь завод, на котором я работаю. А может, и дороже, учитывая его размеры.
— И это вся проблема?
— Чего? — нахмурился Сергей, глянув на меня недовольно. — Ты не догоняешь, походу. Такие штуки не теряют. Эти мужики очень непростые, если возят с собой камень. Возможно, они его везли КОМУ-ТО. И как ты думаешь, что сделает этот КТО-ТО? Будет искать отряд. А там и на нас выйдет.
— Что тогда делать?
— Не знаю. Для начала отогнать машину, спрятать трупы, убрать все следы. От камня лучше избавиться.
— Давай я его к себе унесу. Его как-то можно отследить?
— Не знаю. Если и можно, то мне о таких способах неизвестно.
— Тогда я его так спрячу, что никто не найдет. Ты не против?
— Ну, бери, если хочешь, всё равно, даже если выкинем, это ничего не изменит. Но как бы нам потом кровавыми слезами не умыться.
Поднатужившись, я вытащил ящик с камнем. Тяжелый, килограмм сорок, не меньше. Может, опасения Сергея и верны. Наверняка нам есть, чего бояться. Но что случилось, то случилось, нечего исправлять. Выкидывать такую ценность уж точно смысла нет.
Лучше её изучить!
Наверное, я мог бы назвать себя умным. Мой жизненный путь это подтверждал. Выжить в умирающем мире — это то деяние, которое больше никому на моей родине не удалось совершить. Но сейчас я задумался, что мои познания в алхимии ограничены. Причины у этого имелись вполне конкретные. Меня обучали на остатках школы, которые сохранились в нашей семье. Обучали основам и, в первую очередь, тому, как выживать. Делились наработками идей, как спасти мир. Но дальше задумок, трудно реализуемых, те наработки не заходили.
Мой побег — это следствие нескольких лет размышлений над задачей. По большей части он строился на массе предположений, а не на точных фактах. Если уж быть честным, то я и сам до конца не знал, как мне это удалось.
То, что мои знания ограничены, я стал подозревать, когда основательно взялся за местные учебники. Конкретно в нашей школе учили из рук вон плохо, но тем не менее я видел на страницах книг системный подход от простого к сложному. Это тебе не спонтанная передача знаний от учителя к ученику. Сейчас же, крутя и так и эдак булыжник из машины, я ещё раз убедился — в моих знаниях хватает пробелов.
Я не понимал! Не понимал, как эта штука работает и как её можно использовать!
Алхимия — это всегда про точность. Для точности нужны качественные данные. Существуют печати, которые определяют состав материала. Другие отвечают за свойства. У меня имелся круг печатей, которые я вырезал на столе у себя в логове. Они отказались работать, когда я положил на них камень. Сбоили, выдавая хаотичные ответы. Это было настолько странно, непривычно и невозможно, что я впал в ступор, не зная, что делать.
Кажется, мне придется пересмотреть весь свой подход и, если старые инструменты исследования не работают, создать новые.
