— Что-то они рано, — буркнула я, делая вид, что меня возвращение папы с мамой застало врасплох.
Толик кратко глянул на меня и нервно облизал губы, а мама заметила чужую обувь.
— Кто дома? — донесся ее голос из коридора.
— Я. И я не одна.
Мама появилась в дверях.
— Здравствуйте.
Толик поздоровался, и я представила его. Мама позвала папу. По его лицу я не поняла, удивился он, или ему безразлично.
— Ты все-таки решила забрать комод, — буднично сказал папа.
Мама во все глаза разглядывала Толика. Потом спохватилась.
— А я как раз пирожных купила. Хотите чаю? — она спросила так, точно я тоже гостья.
Нужно отдать Толику должное: за столом он вел себя довольно непринужденно и выдавал приличные шутки. И мне стало понятно, по какой причине Катькины родители прикипели к нему. Моя мама умудрилась выудила из него все анкетные данные, которые положено знать о возможном зяте. Думаю, именно поэтому Толик и веселился, что понял, зачем она его спрашивает. Папа же хранил молчание и спокойно обедал.
Когда Толик ушел дальше разбирать комод, а мама кинулась искать упаковку, папа отозвал меня в кабинет.
— Кто это? — поинтересовался он, прикрыв дверь.
— Так. Знакомый.
— М.
Мне стало не по себе.
— Папа. Ты мне не займешь пятьдесят тысяч? — выпалила я.
— Зачем тебе?
Я знала, что эта сумма для него небольшая.
— Ты не поверишь. Хочу купить корейскую косметику и перепродать. Я уже все рассчитала. Это проверенный поставщик.
И я расписала бизнес-план. Я нисколько не врала, ведь действительно обдумывала подобный вариант бизнеса. Он согласился.
Мы спустили комод к машине Толика, папа помог даже уложить детали. Толик сел на место. Я было взялась за ручку пассажирской двери, но папа чуть задержал меня, отозвав в сторонку.
— Мила. — Лицо его выражало напряжение: поджатые губы, хмурый взгляд. Украдкой он показал глазами на машину Толи.
— Что? — тихо спросила я, ожидая худшего.
Он покачал головой.
— Он не тот.
По дороге домой меня снедала смесь из чувства обиды, злости и не пойми, чего еще. Что папа имел ввиду? Откуда ему вообще знать, и его ли это дело? Маме вот Толик понравился, особенно когда заявил, что не пьет.
— Катя заняла тебе денег? — спросила я.
Толик одарил меня кратким взглядом.
— Уже не надо.
— Вот так новость.
— Ты же мне займешь, — сказал он и заржал.
Я взбесилась. Снова не было не ясно, шутит или всерьез. Нет. Я не дам тебе делать из меня дуру.
— Я нищая, — ответила я в его же манере.
— Ты даже не знаешь, зачем мне деньги. И не спросила.
— А ты сказал бы?
— Нет, — он продолжал лыбиться. — Это прихоть. Но если бы Катя заняла, я бы взял. Но она купила тачку. Так что…
— Эту красную «Тойоту»? Она сама взяла?
— Да. Потратила мои деньги на свою машину. Ай-яй, — сказал он, назвав деньги, предназначенные ему взаймы, «своими».
Я расстроилась еще больше. Захотелось выпить. Так что я выгнала Толика из квартиры, сказала, что соберу комод сама. Оставшись одна, я набрала Фила.
— Привет. Ты правда считаешь, что задумка Антона стоящая? Ты бы пошел на это?
Некоторое время он размышлял.
— Почему нет? Полсуммы уже имеется.
Я выдохнула, набираясь смелости, и выдала:
— Фил, у меня есть деньги. Я с вами.
Фил приехал за деньгами десятого мая. Из-за страха быть пойманным бывшими компаньонами или налоговой он не пользовался картами, а переводить на Танину запретил. Мне пришлось снять наличные.
Только он вошел, я уловила запах спиртного и насторожилась, а Фил пошел на опережение.
— Я немного выпил, — с добродушной улыбкой сказал он.
— Ладно. — Я взяла его мокрую от дождя ветровку и повесила на крючок. — На чем приехал?
— На маршрутке. Значит, так ты живешь. Я думал, что с родителями.
— Папа снимает мне квартиру. Таков наш уговор — я заканчиваю универ, он предоставляет жилье. Не знаю, как он еще не бросил платить за нее в обмен на то, чтобы я перестала бухать. Наверное, я ему настолько опротивела, что он готов дать мне спиться, лишь бы не видеть меня.
На лице Фила появилось выражение неловкости. Я кашлянула. Вовремя выползла из-под дивана кошка.
— А это Муся. Муся поздоровайся. Фил, это моя сибирская трехцветная. Приносит удачу. Погладь ее и загадай желание.
Фил провел квадратной крепкой ладонью по Муськиной спине. Я одобрительно кивнула.
— Молодец. Теперь наш бизнес точно преуспеет, — хохотнула я. — Хочешь кофе? — И по пути в кухню продолжала: — Знаешь, я позволила себе взять из пая на кофеварку. Так что у меня осталось сорок три. Ты не против?
— Дело хозяйское.
— Тебе капучино? Есть ванильный сироп.
— Окей.
Прямо под окном шелестел тополь. Солнце то вырывалось из-за туч блестящими яркими вспышками, то пропадало.
— Сильно припустило?
Фил покачал головой. Он сидел нога на ногу, подперев рукой подбородок. Я чувствовала на себе его пристальный взгляд. У меня взмокли подмышки.
— Что молчишь-то?
Он развел руками.
— Напился.
— Отмечаешь? Уже?
Я поставила перед ним кружку и села. Он чуть пригубил.
— Нет. Я из-за Таньки напился. — Он тяжко вздохнул. — Достала. Пилит без конца.
— Гормоны. Может у нее токсикоз?
— Ага. И до беременности тоже?