Воздух застревает на вдохе, тело ведет в сторону, Ксандер тут же поддерживает меня, не давая упасть и тихо чертыхаясь. Перед глазами на миг темнеет, а когда зрение проясняется, понимаю, что раствор мне уже не поможет. В висок упирается дуло пистолета.
– Что ты творишь? – кричит Ксандер, в ответ направляя оружие в лоб Зейда. – Убери чертов пистолет!
Губы Зейда расплываются в горькую усмешку, в глазах плещется боль.
– Чтобы не мучиться, – говорит он едва слышно и стреляет мне в голову.
Зейд горел заживо.
Последние дни слились в одно сплошное пятно нескончаемой агонии, разбавляемой редкими вспышками просветления. Но они не были способны вытащить Зейда из этого состояния.
Все действия он совершал чисто механически, мысленно находясь там, у стен Бастиона. Бесконечное прокручивание прошедших событий не помогало найти выход. Зейд знал, что ничего не сможет исправить, но не мог перестать думать об Эмер. Вспоминать, как сильно она страдала перед смертью, насколько была холодной и тяжелой, пока он нес ее тело через Мертвый лес, которого не запомнил.
И сейчас он был не здесь, а там. Видел перед собой не Хэтти, а Эмер.
Она вновь пожертвовала собой ради него, закрыла своим телом и была укушена. Он знал, что произойдет дальше. Девушка будет мучиться и страдать до тех пор, пока смерть не заберет ее у него.
Он больше не мог контролировать эмоции, не мог продолжать страдать. Единственное, чего он действительно хотел, чтобы все прекратилось. И для нее, и для него. Зейд открыто смотрел в серые глаза Хэтти, но вместо них видел карие Эмер. Он читал в них отражение понимания. Она знала, что он делает это для них обоих. Избавляет от страданий.
Эмер, Хэтти… для него уже не имело значения, кто перед ним, когда она начала задыхаться. Зейд не мог переживать этот момент в тысячу первый раз. Он неотрывно смотрел в ее глаза, когда принял решение избавить их обоих от страданий.
Кто-то кричал, но Зейд не слышал. Что-то горячее упиралось прямо ему в лоб, но он не чувствовал. Им целиком завладела агония, которая вот-вот должна была завершиться и принести облегчение.
Он нажал на курок, и в тот же миг произошло то, чего он так долго желал.
Все закончилось.
Ксандер неотрывно смотрел на пистолет в своей руке, все еще направленный туда, где только что стоял Зейд. Сейчас там никого не было. Его тело лежало на земле, но Ксандер не испытывал ни капли раскаяния по поводу того, что только что натворил. Его волновало иное.
Хэтти умерла, а он не смог этого предотвратить.
Он потерял ее. Снова.
И в этот раз все было в разы хуже.
Девушка погибла не от укуса твари, ее застрелили. Прямо у него на глазах.
Не обращая внимания на матерящегося Кейда, Ксандер спокойно убрал пистолет в кобуру и заставил себя посмотреть на Хэтти. Чудовищных размеров рана уродовала правую сторону ее головы. Ксандер не хотел этого запоминать, но знал, что никогда не забудет. Он не чувствовал ничего, кроме пустоты, пожирающей все его эмоции и оставляющей на их месте только горы пепла.
– Он же тебя спровоцировал! – донесся до Ксандера разгневанный голос Органа.
Рид перевел на него ничего не выражающий взгляд.
– Знаю.
Кейд на миг замер, после чего развел руками и усмехнулся.
– Знаешь. И все равно пристрелил его.
– Он убил Хэтти.
– А ты его. Проблема только в том, что Хоффман вернется, а с ним нам что делать?
Ксандер сглотнул скопившуюся на языке горечь и осмотрелся. Нужно было куда-то положить тело Хэтти.
– Чего ты так сокрушаешься, Органа? Не ты ли предлагал бросить Зейда еще у Бастиона?
Кейд раздраженно вздохнул, ему много что хотелось сказать, но единственное, что сорвалось с губ:
– Когда вернется, Хэтти тебе этого не простит.
Ксандер покачал головой и опустил девушку на более-менее чистый участок земли, после чего уселся рядом и привалился спиной к стене, не в силах заставить себя уйти, бросив ее здесь.
–
– О чем ты?
– Помнишь, что она говорила про бессмертие? – спросил Рид, поднимая голову и встречая тяжелый взгляд Кейда.
– Помню. Она не бессмертна, но это всего лишь теория.
– Теория, – бездумно повторил Ксандер, вновь возвращая внимание на Хэтти. Она по-прежнему была мертва в той же степени, что и несколько минут назад. – До этого она умирала только после воздействия яда тварей или из-за отсутствия противоядия. Сейчас все иначе.
Кейд напрягся всем телом. Он прекрасно понял, к чему клонил Рид, и ему это не нравилось. Он быстро осмотрелся. Напавшие на них серые уже начали неизбежный путь к разложению, совсем скоро от них не останется ничего, кроме горстки невесомого песка и россыпи обсидиановых дисков. Хоффман тоже уже должна была подвергнуться изменениям, но этого не произошло.
