То есть он решил отдохнуть и побыть один. Он не очень хорошо спал, возможно, скрипел зубами, относительно рано просыпался, но каждое утро после первой чашки кофе испытывал прилив упрямой мотивации, заставлявшей его работать. К двадцатому января, то есть за две недели до согласованного дедлайна, он закончил сайт Базельского института сценических искусств, следствием чего стал теплый денежный дождь и два новых заказа от швейцарских институций. Один музей в Берне хотел больше интерактива на своем сайте, а частная академия в Цюрихе желала более прозрачный и приветливый имидж. На самом деле и те и другие хотели примерно такой же сайт, как у Базельского института, с модерируемым форумом и лентой новостей.
Еще до начала весны Жером обеспечил себя финансами на весь 2019 год и даже на часть 2020-го. Когда в один из первых теплых вечеров они проводили время у киоска в Оффенбахе, Юлиан спросил, не нагоняет ли такой расклад тоску, и Жером ответил: «В плохие дни – да. Но в последнее время у меня мало плохих дней». Наверное, кризис среднего возраста начинается, когда всё кажется повторением того, что уже было много раз, а интенсивность непрерывно снижается. Как будто ты сохраняешь контроль, но теряешь энтузиазм. Жером не стал бы утверждать, что уже вступил в этот кризис. У него не было впечатления, что он стал хуже в проектировании сайтов, в спорте или в общении с людьми. Многое было сейчас лучше, чем когда-либо, многое получалось лучше, и он не собирался отказываться от веры в то, что нынешняя фаза жизни – пока что самая лучшая, даже если Таня решила навсегда порвать с ним. Сидя на пластиковом стуле у оффенбахского киоска и держа в руке бутылку мягкого сидра Possmann, Жером сказал Юлиану: «Никогда нельзя попадать в зависимость от отдельных людей». И это вовсе не была эгоистичная, холодная идея, как, возможно, показалось Юлиану.
Жером и Марлен увиделись только в середине февраля. Сначала они встретились на кофе с пирожным в кафе Пальмового сада, а через два дня – на выставке сборных домов под Бад-Фильбилем; они обнаружили, что всю жизнь проезжали мимо этой выставки по пути в центр, но никогда там не были. В Пальмовом саду Марлен сказала, что если бы могла снова пойти учиться, то выбрала бы архитектуру, а на этой выставке готовых домов у Фридбергского шоссе интереснее всего то, как некий условный немецкий мейнстрим представляет себе практичное жилье. Посетив выставку, они быстро сошлись во мнении, что ни один из представленных домов не был таким уютным, как бунгало, в котором живет Жером. Немногочисленные посетители, ходившие в четверг по выставке, наверняка принимали их за не особенно молодую супружескую пару, которая после нескольких лет в бизнесе наконец-то может позволить себе приобретение готового дома для небольшой семьи. «Тебе это, наверное, жутко неприятно?» – с улыбкой спросила Марлен, и Жером ответил правду: «Нет, даже забавно».
То, что его пока еще безымянный ретрит в сети за первые месяцы и годы привлечет, скорее всего, мизерную аудиторию, весной 2019 года больше не казалось проблемой. Теперь он разрабатывал сайт так, как будто сам был своим первым, единственным и лучшим клиентом. Стремиться в работе к максимальному охвату аудитории так же наивно, как ценить в частной сфере только самодостаточность и погружение в себя. Понимать интернет как интересную и удобную среду, использовать и изменять его – каждый пункт был важен, работа Жерома будет иметь смысл и в будущем, ему не обязательно что-то менять, нужно только двигаться вперед.
Первым человеком, которому он по-зимнему холодным апрельским днем рассказал о своем проекте «лавового» сайта, стала Марлен. И хотя он не хотел придавать этому большого значения, деликатная реакция Марлен на его вполне серьезный питч оказалась, может быть, еще важнее, чем ее кризис-менеджмент в январе. Хуже тех, кто не принимал его работу всерьез, были только те, кто принимал ее чересчур всерьез. Жером считал, что всегда нужно видеть относительную важность любого проекта, уметь посмотреть на проект так, как будто от него ничего не зависит. Жерому очень нравилась идея, что в любой момент можно всё бросить и начать новую жизнь, более осмысленную. А потенциальная партнерша должна хотя бы на словах одобрять такие идеи.
«Лавовый» питч Жерома длился примерно пять минут. Он показал несколько примеров анимации и наборов изображений, включил музыку и переходы цвета. Ему снова показалось, что он создал всего лишь скринсейвер, напоминающий о другой, более мистической компьютерной эпохе. Но это его не беспокоило. Может быть, в глубине души ему больше всего не хватает именно красивого скринсейвера. В конце его рассказа Марлен кивнула. Потом назвала имена трех подруг, которым было бы интересно поработать над этим сайтом. «Если соберешься когда-нибудь запустить этот проект, скажи». Такое предложение, свидетельствующее о заинтересованности Марлен, но не нарушающее его границ, понравилось Жерому. Он сказал: «Классно, спасибо».
