– Наконец-то, детка! У нас наклевывается крупный клиент. Я согласился вечером провести сеанс на его фабрике в Джерси. Если все пройдет удачно, то наше дело выгорит. А если нет, то неприятностей не оберешься. Слушай, сходи-ка прогуляться, принеси мне котенка.
– Котенка? Стэн, ты в своем уме?
– Нет-нет, все в порядке. Одевайся побыстрее, пройдись до закусочной, там во дворе наверняка есть кошки. Вот оттуда котенка и принесешь.
Она ушла, а Стэн аккуратно сковырнул резинку с кончика карандаша, воткнул его в дверной косяк, ручной дрелью высверлил грифель, насадил резинку на место и положил карандаш в карман.
Трехмесячный котенок был полосатым, как тигр.
– Черт, а белых там не было?
– Милый, ты же мне не сказал, какого именно поймать.
– Ничего страшного, детка. Молодец. – Стэн на полчаса заперся с котенком в ванной комнате, а выйдя оттуда, вручил его Молли. – Вот, держи. Можешь нести его обратно.
– Как обратно? Я же пообещала хозяину, что отдам его в хорошие руки. Ой, Стэн, я хотела его себе оставить… – Она заморгала, сдерживая слезы.
– Ш-ш-ш, успокойся. Оставь его себе. И вообще делай с ним, что хочешь. Если дело выгорит, я куплю тебе ручную пантеру. С родословной.
Он отправился в церковь, а Молли поставила на пол блюдечко и смотрела, как котенок лакает молоко. Она решила назвать его Шалуном.
– Вот здесь начинается территория фабрики мистера Гриндла, сэр, – сказал шофер.
Автомобиль пересек Манхэттен, нырнул под реку, в блестящий туннель, пронесся по задымленным солончакам северного Нью-Джерси, и наконец вдали, над зольниками и пустырями, покрытыми редкой жухлой травой, показались фабричные трубы и длинные корпуса со стеклянными крышами, сверкающими в лучах заката, – корпорация «Гриндл: Электромоторы».
Территория фабрики была обнесена электрифицированной оградой из колючей проволоки, поверх которой тянулись провода с изоляторами. Машина притормозила у караульной будки. Охранник кивнул шоферу и сказал:
– Проезжайте, мистер Карлайл. Вас ждут у пропускного пункта номер пять.
По усыпанной гравием дорожке автомобиль подъехал еще к одной ограде.
– Вам надо отметиться в книге посетителей, сэр, – сказал шофер.
В бетонной караулке сидел охранник в темно-синей фуражке; серую форменную рубаху армейского фасона пересекал ремень портупеи. Охранник отложил в сторону бульварную газету. По его лицу Стэн легко прочел всю биографию: служил в полиции небольшого городка, уволен за грубое обращение или уличен во взяточничестве и отсидел срок. И полицейский участок, и тюрьма наложили на него свой отпечаток.
– Карлайл? Наконец-то. Подпишите вот здесь.
В регистрационном автомате торчала карточка. Стэн поставил на ней подпись.
– Вытяните карточку, – сказал охранник. – Только осторожно, не порвите. Лучше обеими руками.
Стэн обеими руками взялся за плотную вощеную бумагу и потянул. К чему такие сложности? Он передал карточку охраннику и запоздало сообразил, что оставил отпечатки пальцев на поверхности, покрытой тонким слоем воска.
– А теперь пройдите вот сюда, на досмотр. Так положено.
Стэн вошел в небольшую раздевалку.
– Снимите пиджак и дайте мне.
– Простите, а это еще зачем?
– По распоряжению мистера Андерсона, начальника охраны.
– А мистер Гриндл об этом знает?
– А это, ваше преподобие, вы у него сами спросите. Давайте пиджак. С недавних пор Андерсон ужесточил требования к досмотру.
– И что же вы ищете?
Короткие толстые пальцы ощупали карманы и швы.
– Предметы, способствующие саботажу. Ничего личного, ваше преподобие. Нам тут даже сенаторов приходится обыскивать.
Досмотру подверглись также туфли преподобного Карлайла, его шляпа и содержимое бумажника. Из жилетки проповедника выпал карандаш; охранник поднял его и вручил Стэну, и тот положил его в карман. Выходя из караулки, Стэн дал охраннику сигару, которая немедленно отправилась в ящик зеленого металлического стола, под замок. Великому Стэнтону представилось, как впоследствии ее снабдят ярлыком: «Взятка, предложенная преподобным Стэнтоном Карлайлом. Вещественное доказательство № 1».
В дверях фабрики его встретил худощавый юркий человечек с черными волосами, блестящими, как лаковая кожа.
– Мистер Карлайл, меня зовут Андерсон, я начальник заводской охраны, – представился он; левая пола синего саржевого костюма едва заметно оттопыривалась. – Вас ждут.
Лифты. Коридоры. Оштукатуренные стены, выкрашенные в бледно-зеленый цвет. На полу во всех углах белые круги. «На белое не плюют». Гул оборудования, лязг маневрового локомотива за окнами. Застекленная дверь отворилась в вестибюль, облицованный дубовыми панелями. Устланный ковром пол. Приемная как в рекламном агентстве, гладкая светло-коричневая кожа, хромированная отделка.
– Сюда, пожалуйста, мистер Карлайл.
Андерсон шел впереди, распахивая и придерживая двери. Кабинет директора был вытянут в длину, с остекленным потолком, но без окон. Судя по всему, стол собирали на месте, потому что вынести его отсюда было невозможно.
