Но раз папа больше не живёт вместе с семьей Нины, то где он? Мамин мотив мне и так был ясен — просто месть, но больше жалко в этой истории Нину. Ведь не папа потерял место, в котором вырос, а именно младшая сестра. Я покачала головой. Как же это всё-таки гнусно и несправедливо.
— Твоя малая — пробивная девчонка, — улыбнулся Лев, когда я залезла на переднее сиденье. — Почему никогда не рассказывала о ней?
— Чтобы ты потом или же кто-то из вашей шайки затащил невинного ребёнка в постель? — сыронизировала я. — Да и от моей мамы ей бы досталось гораздо сильнее, если кто-то из её новой семьи узнал, что даже ей, такой роскошной красотке, изменяют.
— Ревнивица, — поддел меня парень.
— Я — реалистка, — гордо отозвалась я, пристёгивая ремень.
— Ты просто нереально ревнуешь, — говорит он, заводя машину. — Мне это нравится, но напрасно. Мы же с тобой и огонь, и воду, и… многое остальное прошли. — Мы выехали на дорогу. Налет наигранного веселья слетел с него, показывая помесь подавленности и переживания на лице. — Кстати, Род и Нико расспросили того парня, которому я "типа" заплатил за покушение на отца и, знаешь, сняли кое-что любопытное на камеру.
— И?
— И дали наводку полиции, — сухо произнёс Лев, часто отчего-то моргая. — Группа захвата уже у ресторана отца.
Я воодушевленно посмотрела на него. Если так, то скоро всё закончится. Вот только почему Лев не особо-то и рад?
— Что не так?
— Как оказалось, в этой истории: не твоя мама — главный злодей.
— А кто? — искренне изумилась я.
Парень сжал с силой руль и уткнул взгляд изумрудных глаз прямо на дорогу. Он постояно часто моргал и сжимал с силой челюсти, словно узнал действительно нечто шокирующее.
Всю остальную дорогу мы проехали до ресторана молча. Лев так и не ответил на вопрос, а я не спрашивала, понимая, что не время. Захочет — сам расскажет или же покажет.
Машина плавно въехала на свободное место. Только я хотела открыть рот и задать вопрос, как увидела, что из ресторана полицейские вытаскивают верещащую маму в элегантном красном платье, а следом и Илью… Я пригляделась сначала, думая, что мне показалось, но нет. Это был он. С непроницаемым лицом, в деловом костюме и с идеальной укладкой.
Я дёрнулась, думая, что те по ошибке взяли не того, но Лев крепко схватил меня за кисть, не давая выбежать. Повернув голову в его сторону, увидела его бледное и каменное лицо, на котором мёртвым светом сверкали потускневшие темно-зелёные глаза.
Что-то в мозгу оглушительно и мрачно щёлкнуло.
— Почему они забирают Илью? — тихо спросила я, неверяще смотря на эту картину.
Какой глупый вопрос… когда страшный ответ прямо перед глазами. Но так просто не может быть!
Лев мне снова не ответил. До тех пор, пока и маму, и Илью не завели в машину. И только тогда, когда захлопнулась дверь и их увезли, парень поймал рвано губами воздух и прикрыл глаза. Из-под чёрных длинных ресниц потекли стремительно две влажные дорожки, а грудь содрогнулась.
— Лев, — сипло прошептала я, порывисто обнимая его.
Он прижался ко мне и закопался лицом в волосы. Его тело содрогалось от бесслышных рыданий, а руки сжимали меня с силой, будто я была его спасательным кругом, среди сильного шторма. Даже не представляла, как ему было сейчас плохо.
Гладя его по волосам, я что-то успокаивающее шептала и покрывала короткими поцелуями родное лицо. В какой-то момент мне приходилось с силой прикусывать губу, чтобы самой не разреветься. Сердце ныло и болело за него.
— Всё ради денег… просто ради ***ных денег…
Лев
Выйдя из участка, я увидел две отлично знакомые моськи. Хотел бы увидеть третью, но её не было. Странно. Неужели, всё-таки обратно в лагерь уехала? И это есть ответ на мой вопрос?
— Спасибо, что вытащили, — произнёс я, подходя к друзьям.
— Ну, мы же не могли по-другому поступить, детка, — хохотнул Нико, прислоняясь спиной к машине Рода.
Последний же протянул мне сигарету из пачки и кинул зажигалку. Втянув в себя никотин, я расслабленно выдохнул дым из полуприкрытых губ. Чёрт, стало лучше.
— Где Саша?
— Не волнуйся. Уехала к себе, — говорит Родион, не спуская с меня цепкого взгляда чёрных глаз. — Когда я связался с отцом, то он мне поведал одну информацию, Лев. Достаточно интересную для тебя.
— Какую?
— Ты же знаешь, что у отца, что у Изольды Львовны — один нотариус.
— С чего меня это должно волновать? — фыркнул небрежно я, складывая руки на груди.
Вьюгин замолчал, будто подбирая слова, а затем продолжил:
— Этот нотариус по секрету сказал моему отцу, что Изольда Львовна переписала завещание пару месяцев назад и прямо при Илье. Короче, папа сказал, что твой брат был страшно зол, так как твоя бабка выбрала наследником своего состояния не его, а тебя, Лёва.
Я закатил глаза. Старая песня.
— Род, мой отец переписал своё состояние на Илью и бабушка, как я слышал, собиралась сделать то же самое. Они оба знают, что я никогда не управлюсь с подобными деньгами, а бабушка у меня мудрая женщина и не сошла с ума ещё.
Но лицо Рода осталось непроницаемым. Покачав брюнетистой головой, он твёрдо сказал:
