- Ей-богу, не пойму, что я себе позволяю! Я работаю сисадмином в “Аверсе”, но никак не в экскорт-услугах. Или что-то уже изменилось, а я не знаю? - ну почему я не могу не дёргать тигра за усы? С этого упыря ведь станется определить меня в эти самые экскорт-услуги - вякнуть не успею!
Камиль отпускает мой свитер, даже разглаживает ладонью. Молчит, выравнивая дыхание.
- Жан, я неверно выразился, - наконец хрипло говорит Камиль. - Я бы очень хотел, чтобы ты поехал со мной сегодня в “Нико”.
- Зачем? - закономерно вопрошаю я.
- Мне будет приятно побывать там с тобой…
- И как ты меня представишь? м? Кто я тебе? НИКТО! Так, случайный любовник…
Да, зачем ему обо мне думать? Ему-то с его деньгами не интересно, что про него думают и говорят, а мне жить в этом грёбанном городе. Мало того, что слава опережает меня в “Аверсе”, надо чтобы ещё и в "Нико" доподлинно узнали.
Яснее ясного - надо сваливать отсюда! То, что пока не трогают, ещё ни о чём не говорит.
- А кем ты хочешь мне быть?
Дурацкий вопрос. Кем я хочу ему быть? Кем я могу ему быть? Чтобы я ни хотел, моё желание ничего не решает.
- Собой, собой я хочу быть!! Ты обещал оставить меня в покое! И что? Чего стоят твои обещания?! Оставь меня в покое!!
Это была уже истерика.
Я еле дождался конца рабочего дня и, не щадя покрышек, визжа тормозами на поворотах, погнал свой Жигуль к тёте - зализывать раны. Только она одна меня всегда понимала и была мне гораздо ближе матери.
Сказать, что моя тётушка всё так сразу и поняла, нельзя - она долго приходила в себя и пила корвалол. Но, похоже вкус корвалола её не устроил - велела принести коньяк из заначки.
- Весь в мать пошёл! Такая же дурная голова другим частям тела покоя не даёт! Ох, Жан… - чокнулась со мной, залпом опрокинула содержимое рюмки в рот. Передёрнула плечами, поморщилась, закусила пирожком. - Впрочем, ты умнее своей матушки - она в основном передком думает, а у тебя, оказывается, целых два места для думок! Э! Не обижайся - шучу… По большому счёту, выбора у тебя не было - так или эдак, он бы тебя подмял, однозначно… Одно хорошо - худо-бедно сумел постоять за себя, но, как ты понимаешь, этим всё не кончится. Держись, малыш!
- Может мне уехать? - я подавленно размазывал пюре по тарелке.
- Давай ты уедешь, когда станет совсем невмоготу, а так… похоже на бегство, мой мальчик. Да и, как известно, от себя не убежать… Ведь ты на самом деле не хочешь от него убегать?
Она меня просчитала на раз-два! Не хочу - тётя права…
- Давай, мой дорогой, недельку поживёшь со мной, а то тебе одному сейчас оставаться, по-моему, не стоит. Да и Новый год - всё же семейный праздник!
И я остался.
Наш корпоратив прошёл шумно, весело, пьяно и... без Великого и Ужасного - он улетел в Америку.
Я вздохнул свободно.
Я уже соскучился.
Часть 11
Семейный праздник удался на славу!
Тридцать первого, ближе к вечеру, когда мы с тётей заканчивали готовку (ну, как заканчивали, тётя готовила, а я в подсобниках был), зазвонил мой сотовый.
- Жан! Ты где?? Я у тебя под дверью, а тебя нет дома! - возмущённо заорал в трубу Тёмка.
- Фигасе! Не ждал… Я у тёти, дуй сюда! - продиктовал ему адрес.
Через двадцать минут Артём прибыл, загруженный пакетами с деликатесами.
Тётушка, как увидела Тёмыча, так запричитала:
- Ой-ёй! Тощенький-то какой! Вы с Жанкой совсем не едите, что ли?
Мы посмотрели друг на друга и заржали. Знала бы она, что мы частенько так обжирались в “Колорите”, что еле выползали из-за стола.
В общем, Артёмка тётке понравился, и она с удовольствием взяла его под своё крылышко - мне даже немного ревниво стало.
Посидев за общим столом, мы втроём встретили Новый год, выпили шампанского, нажрались от пуза, поржали, посмотрели телек и, удивительно, нам с Тёмычем совершенно не хотелось шляться по городу и искать приключения. Поскольку квартирка у тётушки была небольшая, нам опять достался один диван на двоих… и в новом году первым открытием стало то, что у Тёмки не только красивые, но и необыкновенно сладкие и умелые губы…
Далеко мы не заходили, хотя из трёх сдерживающих факторов, тётя, спящая за стенкой, была далеко не самым сильным, “рука дружбы” тоже не плохо.
Артём уехал третьего числа, когда ему позвонил его Строитель. Я вернулся домой только пятого и долго перетаскивал всю снедь, которую мне натолкала тётушка, из машины.
Ближе к вечеру я отчаянно заскучал. Наверное, я слишком рано уехал от тёти, надо было ещё до конца каникул погостить.
Без настроения я смотрел телек, когда в дверь позвонили. Кто бы ты ни был, я тебе рад, чёрт возьми!
На пороге стоял Халилов. Небритый, с запахом перегара, который не смогла скрыть ментоловая жвачка. На плече его пальто остался след побелки - наверное, тиранулся о стену, когда поднимался ко мне.
Стоит, молчит, смотрит в глаза.
- Что… - спрашивает он, - что мне нужно сделать, чтобы ты был со мной? Денег?..
- Ничего, Камиль Эльдарович. Абсолютно, - и отступаю от двери, приглашая пройти. Но он разворачивается, чтобы уйти. Похоже, неправильно понял...
- Я не сказал, что не согласен, - шепчу вслед...
...и меня сносит ураганом.
Четыре дня.
