Без этой работы, однако, весь наш опыт оборачивают против нас, превращая в запрет на развитие, на историю, на суверенитет. Так что эта работа должна быть проделана отечественной философской и гуманитарной мыслью, тем более что такие попытки делались начиная с диссертации Александра Зиновьева "Восхождение от абстрактного к конкретному. На материале "Капитала" К. Маркса" (ИФ РАН, М., 2002), защищённой на философском факультете МГУ в 1954 году. Дальше, однако, русские постмарксистские разработки уходят из официальных институтов в кружки - сначала в Московский логический, а потом в его продолжение - Московский методологический. Их политэкономические коннотации вынужденно скрыты и ещё требуют своей расшифровки. И тем не менее русский постмарксизм проделал свою работу, пусть и полуподпольно, пусть его концепции не стали государственной идеологией в отличие от неолиберализма в США.
Труд и стоимость
Итак, в результате труда сворачивается и умирает процесс производства, конкретного целесообразного труда, производящего потребительную стоимость. Результат труда становится продуктом, когда попадает в другой процесс - потребления (неважно - непосредственного, конечного или как средство или материал для другого производственного процесса).
Маркс называет в первой главе "Капитала" такой целесообразный труд, производящий потребительную стоимость, деятельностью, производительной деятельностью, целесообразной производительной деятельностью. Деятельность как таковая как понятие и категория у Маркса не развёрнута, да и практически не используется, речь в основном и прежде всего идёт о труде. О самой же полезности, т.е. употреблении, использовании вещей, коими являются продукты труда (деятельности), в самом начале главы 1-й "Товар" говорится следующее: "Открыть... многообразные способы употребления вещей есть дело исторического развития".
Если бы не было обмена и стоимости как таковой (в отличие от потребительной стоимости), если бы результат целесообразного полезного труда (деятельности) становился продуктом непосредственно в деятельности (труде) его дальнейшего употребления, а не в процессах обмена, то есть не становился бы товаром, - субстанция стоимости не существовала бы. Целесообразные трудовые процессы (процессы деятельности) не соотносились бы через их товарное воплощение и овеществление. Необходима была бы действительность не искажённого товарным овеществлением представления процессов деятельности в их отношении друг к другу, а не отношения товаров друг к другу.
Что в такой действительности происходит со стоимостью? Она перестаёт быть субстанцией. Ведь в качестве таковой она есть мера вещей в их отношении друг к другу, какова бы ни была форма этого отношения (форма стоимости). Но тогда перестаёт быть субстанцией (в качестве каковой его фактически рассматривает Маркс) и абстрактный общественно необходимый труд, необходимый для создания его продуктов. Вот как это написано: "...как стоимости товары суть простые сгустки человеческого труда..." и, выше по тексту, где говорится, что после отвлечения от потребительной стоимости от продуктов труда не остаётся ничего, "...кроме сгустка, лишённого различий человеческого труда..."
Кажется, это ясно. Нет стоимости как субстанции - перестаёт быть субстанцией и абстрактный всеобщественный, средний, необходимый труд. Собственно, его существование обеспечивается системой капитализма (как подчиняющей всю хозяйственную деятельность без исключения товарно-денежному рыночному обращению) за счёт того самого отчуждения труда. Капитализм извлекает абстрактный труд из целесообразного труда, из деятельности, как перегонный куб извлекает спирт из вина. Стоимость (рыночная стоимость) абстрагирует исторически существующую деятельность как абстрактный труд, представляет деятельность как затрату рабочей силы индивидов. Очень похоже на ньютоновскую физику: мощность х время = работа. Действительность деятельность и замещена вещами - товарами, а через них мы видим только другие вещи - одинаковых индивидов с их конечной энергией.
