Ты помнишь имена вождей,
Князей, героев, королей.
Они, как на пожнивье птицы
Заполнили истории страницы.
Меня ж другая мысль гложет.
Мой разум позабыть не может
Из тьмы прошедших сотен лет
Истории кровавый след.
Прошли здесь разные народы -
«Борцы за счастье и свободу».
Но только лишь за счет других
За счет «не наших», но чужих
Германцы, римляне и готты,
Католики и гугеноты,
И крестоносцев пьяный сброд
Орали громко «Мы – НАРОД!!»
Как просто можно весь народ
Мгновенно переделать в сброд!
За блеском «праведных» идей
Неслышно голоса людей.
Лишь рев набатный тысяч ртов.
Народ на все идти готов.
И впрямь идет! И очень рад
«Неверных» резать всех подряд.
«Ведь с нами Фюрер, тот же Бог!!!
победы будущей залог!!!»
Под колокольный громкий звон
«Ночей хрустальных» жуткий стон!
От громких, доблестных побед
Какой- же нам остался след ?
На грудах черепов, костей
Руины старых крепостей,
Огонь сражений, битвы пыл
Здесь оседал в подводный ил
Их слава гордая несется (Им слава громкая поется)
В потоке быстрых, мутных вод
И Рейна мутная вода
Напоминает тем всегда,
Кто это прошлое забыл,
«Лежит на дне кровавый ил!»
Меж плавных Ейфельских холмов,
Одетых в виноград-янтарь,
Течет спокойно и достойно
Прозрачная речушка Аар.
Давным давно здесь люди жили,
Простые люди – не НАРОД.
Трудились и детей растили.
Был урожай и недород.
Трудом, упорством и заботой
Здесь возводился каждый дом,
Своими добрыми руками
И изворотливым умом.
Лозу на склонах гор сажали
В постель искусственных террас,
Под осень гроздья убирали,
Вино давили про запас.
Тот труд и пот, те боль и муки
Приносят сладкие плоды.
Их дети, правнуки и внуки
Теперь жить могут без беды.
Царит здесь радость и веселье
И нетяжелое похмелье
Пьют понемногу и до дна
На праздник нового вина.
По склонам «вандереры» бродят,
Оркестрик музыку заводит.
Хозяин каждый гостю рад,
Здесь все друг другу сват и брат.
Кого-то все гордыня гложет,
Шовинистический угар.
Тому державный Рейн дороже,
А мне милее речка Аар.
Здесь струи чистые текут.
Они меня к себе влекут.
Сквозь звуки музыки и смеха
Мне слышен голос человека.
Леверкузен, 1999
Японский сад в Леверкузене
В саду у «Байера» под боком,
Под добрым, неусыпным оком
Растут Японии цветы –
Чужой, нездешней красоты.
Забравшись в северные дали
Цветут, не ведая печали,
Забыв о родине своей,
Где пел японский соловей.
Поют другие птицы здесь
На ветках розовой сакуры.
Пронизан солнцем садик весь
Цветы, ручьи, мостки, скульптуры.
Здесь веришь – нет прочнее уз –
Немецкой химии союз
С японской садовой культурой.
Брожу по узеньким тропинкам.
Журчанье звонкое ручьев.
Скрипят по гравию ботинки.
