О снег той дальней волости,О мех медвежьей полости,Объятья без помех.О скрип, о вскрик, о смех!Шепнуть: «Умчу из терема»,«Перчатка? Ах, потеряна!»О страсти на ушко.И страшно, и легко!Мечтание, катание,Цыганское гадание:«Любовь во цвете лет,Дорога и валет».Ах, брови эти чёрные,Ах, лошади проворные.«Но, мёртвая, балуй!»И вздох, и поцелуй.Укрыть мехами бурыми,Дурачить каламбурами…А ночью стол, свеча,Не спать, стихи шепча.Как знать, что с нами станется?Но навсегда останется:Тот смех и плач пурги,И в комнате шаги.Писать и верить: «Сбудется!»И мне так ясно чудитсяТа ночь и белый снег,И рифм летящий бег.<p>Ксения Наровчатова</p><p>«Я ясно помню…»</p>Я ясно помню —Он сидел одинЗа круглым небольшим столом.Серые тесные стеныОкружали его пустотой.Я была рядом —Он этого не замечал —Время стояло между нами.Он ждал, долго ждал,Глядя напряжённо перед собой,Чтобы кто-нибудь пришёл к нему.Но никто не приходил.Тьма сгущаласьИ охватывала его.Только стеклянные двери блестели.Послышались шаги,Показалась женщина —Его юная жена.Пушкин подался вперёд,Взгляд распахивал двери,Но она прошла мимо,Он опустил глазаИ поднял их вновь.Никого не было,Сон отступил.На полках стоятЗалитые светом книги.<p>Ольга Бондаренко</p><p>Памяти Пушкина</p>Мы все любили жизни гам!И шум, навеянный Отчизной,Бросали весело к ногам,Как песню юности капризной.Но все любили мы не зряСтихи, как песни ветровые,Музыку слов благодаряЗа слёзы первые… живые.<p>Анри Маркович</p><p>Музей в Захарове</p>Вхожу в музей ЗахаровоЖил мальчик Пушкин здесь.Музей отстроен заново,Покрашен краской весь.В старинном стиле комнаты,Начищен самовар,И кирпичи расколоты.Повадки русских бар.Буфет, напитки разные,Бутылок старых пыль.О, как потом он праздновалИ до рассвета пил.Диван, часы каретные,Картины на стене…Шептал слова заветныеФранцузские во сне.Переводил из БайронаВ неполных восемь лет.Я вижу на проталинахСапожек резвый след.Подскажет жизнь поместнаяДубровского портрет,Мелькнёт канва чудесная,Проявится сюжет.Спесивца ТроекуроваОн подсмотрел в селе.Иду, погода хмурая,И лужи на земле.Гляжу на столик ломберный,Картёжник был поэт.Кладу цветок я сорванныйНа Пушкинский портрет.<p>Шахматово</p>Цветные стёкла мезонина,Окно, распахнутое в сад…В привычном сумраке гостинойПортреты прадедов висят.Неярко освещает лампаСобранье книг под потолок…Где фейерверк, салютов залпы? —Здесь люстра лишь в один рожок.Письма раскрытая страница —Каллиграфическая вязь…Чьё сердце юное томится,В веках не прерывая связь?<p>Валерий Дударев</p><p>«Повсюду в этой мастерской…»</p>
