Алмазная маска полностью

— Дори, — наконец сказал он, когда они вошли в длинный, гулкий, с каменными стенами туннель. — Я бы хотел попросить тебя исполнить странную на первый взгляд просьбу — Ян Макдональд поколебался. — Раз ты стала такой знаменитостью…

Все хорошо, папа. Я все исполню , — мысленно ответила она. — Все! Спрашивай…

—  Речь идет о твоей матери. Выясни об этом деле все, что возможно. Я не могу поверить, что она, твой дядя, тетя погибли в результате несчастного случая, как заявляют эти… из Магистрата. Вроде бы подвернулись под руку каким-то убийцам. Не может этого быть! Разыщи виновников. Только ни слова никому из взрослых оперантов, иначе тебя может ждать беда.

Он неожиданно замолчал, словно до него только сейчас дошел смысл того, о чем он просил одиннадцатилетнюю девочку.

— Боже мой, что я говорю! — Он потряс головой, его лицо искривилось. — Я не имею права просить тебя об этом, моя девочка. Забудь, что я сказал. Я совсем потерял голову.

Папочка, подожди!

Он остановился, повернулся к дочери. Теперь на его лице застыла маска ужаса — она посмела силой остановить его! Сжатый ментальной силой, он едва мог вздохнуть.

— Да-а, ты не ребенок, — наконец вымолвил он. — Ты даже не похожа на дитя. Бог знает, кто ты есть…

— Я — твоя дочь, — твердо заявила Доротея. — И очень люблю тебя. Люблю маму. И сделаю все, о чем ты просишь. Все разузнаю… Я даю тебе слово, что найду разгадку.

Он по-прежнему недоверчиво-испуганно смотрел на нее.

— Ну, пожалуйста, папочка. Все хорошо, я все та же. Я — Дори, какой была всегда.

Та же самая!..

Он кивнул. В его глазах теперь стыло отчаяние.

— Ладно. Я знаю… теперь… Перед тобой широкая дорога, ты должна одолеть ее. А насчет мамы… Знаешь, я, наверное, с ума сойду. Все думаю и думаю по поводу ее гибели. Размышляю… Как громко звучит — «размышляю». Мне не дает покоя мысль — буквально бесит, — что моя Виола превратилась в прах, а чудовище, лишившее ее жизни, безбоязненно бродит по земле. Неужели Бог допустит, чтобы свершилась несправедливость. Прихлопнули мою Виолу, как козявку, и на этом конец?

— Нет, папочка. Я думаю, что все было по-другому. Я не могу объяснить, почему я так считаю, но так оно и есть. Я все сделаю, папа, и расскажу тебе.

Если это будет возможно, я сделаю даже больше…

Он, казалось, все понял, кивнул дочери, потрепал ее по плечу.

Ян Макдональд и Доротея молча вошли в лифт, поднялись наверх. На первом этаже Доротея протянула отцу кассету с результатами экзаменов. Отец еще раз кивнул и вышел. Девочка поднялась на третий этаж, где располагалась ее комната.

Здесь она быстро умылась, переоделась. Надела клетчатую юбку клана Макдональдов, белую блузку и зеленоватый переливающийся блайзер с серебряными пуговицами. Это был ее лучший наряд. Дедушкину цепочку надела на шею, алмазную маску положила в карман юбки. В несколько минут собрала личные вещи. Сунула чистый носовой платок в кожаную сумочку, которую когда-то подарила ей Джанет.

Ничего не забыла? Она заглянула в ванную комнату, проверила ящики трюмо, открыла гардероб.

Ее летная форма — серебристый скафандр — висел внутри. На полке лежал шлем. Внизу высокие ботинки. Получив извещение об отлете на Землю, она решила, что это все можно оставить, но теперь…

— Кени! — крикнула она и вытащила форму. Не дождавшись ответа, вышла в холл и направилась в комнату брата. Кен упаковывал свой чемодан.

— У тебя не найдется места? У меня все забито.

Кени с удивлением глянул на сестру.

— Ты собираешься взять это с собой? Для чего тебе форма на Земле?

— Ну, пожалуйста, — взмолилась Ди. — Она мне очень нужна…

Пробормотав что-то неодобрительное по поводу странных женских капризов, Кеннет запихнул ее форму, шлем, уложенные в пакет ботинки в свой объемистый чемодан.

— Теперь я буду похож на вьючную лошадь, — хмуро заметил он.

Он оттащил все тяжелые вещи к транспортеру, потом брат и сестра спустились вниз.

Гран Маша выглядела еще более молодой и великолепной, чем можно было ожидать, но вид дедушки вконец сразил внуков. Кайл Макдональд выглядел моложе собственного сына. Они пили чай в передней гостиной в компании с Яном. Джанет явилась из кухни, принесла корзинку. Заметив детей, она сказала:

— Лучше поздно, чем никогда. — Потом поинтересовалась: — Все уложили?

— Да, мэм, — ответил Кеннет. — Вещи уже в туннеле, можно грузить в рокрафт.

— Прекрасно. Ваши дедушка и бабушка торопятся. — Потом, понизив голос, она добавила: — Они, кажется, собираются вместе вернуться на Землю. Одним рейсом! Дедушке надо кое-что уладить здесь… Вот посмотрите, я собрала еду на дорогу. Возьми, Кен. — Она деловито пожала парню руку, потом протянула корзинку. — Удачи, малыш. Все будет хорошо.

Затем повернулась к девочке:

— До скорого, Додо. Я знаю, ты вернешься… Прости, если что было не так. В том моя вина… Выучись и приезжай. Ну, вроде все.

Джанет улыбнулась Гран Маше и Кайлу и удалилась.

— Удивительная женщина. — Профессор развела руками.

— Ага, — фыркнул Кайл, — если бы только у нее было сердце, а не сосулька.