Иногда Татьяне кажется, что её жизнь – просто алмазная мозаика, не слишком искусно вышитая судьбой, или книга начинающего, неумелого автора. А что, если так и есть на самом деле?
Таня зашла в магазин, включила свет и осмотрела зал. Как всегда, в душе её шевельнулась радость. Конечно, она знала всё про серотонин и дофамин, но её нравилось думать именно такими словами «в душе моей шевельнулась радость.» Как будто до этого момента радость дремала в её душе, а тут гляди-ка: пробудилась и пошевелилась. Магазин «хэнд мейда», как принято сейчас говорить, был её детищем, её гордостью, её смыслом жизни. И как раз сегодня они с магазином праздновали свою маленькую дату: три года с момента открытия. Это были воистину хорошие годы! Тут Татьяна слегка усмехнулась, потому что слукавила. Сначала было тяжело. Покупателей было мало, а веры в успех много. И поэтому Таня рискнула. Правда, случались в первый год и дни полного отчаяния, когда Тане казалось, что зря она всё это затеяла и не может, не может, не может любимое хобби быть ещё и любимой работой. Конечно, существуют в этой жизни люди, которые заняты любимым делом, которое к тому же приносит им неплохой доход. Но почему ей, Тане, тоже должно повезти? За какие заслуги? И сама себе девушка отвечала: «Просто я люблю то, что делаю, и моя энергетика любви переходит в мои изделия. А люди это чувствуют, не могут не чувствовать.»
Надо сказать, что в энергетику Таня верила, как верила в знаки судьбы, визуализацию и силу позитивного мышления. Про силу мышления ей продавец в книжном магазине рассказала. Конечно, Таня была разумной и понимала, что продавцу всё равно, правда ли то, что пишется в книге, ему главное выполнить свою работу, то есть продать. Но Татьяна продавцу почему-то поверила, а потом также поверила автору и усиленно практиковала это самое позитивное мышление, тем более, что ей казалось, что это срабатывает. Ну правда же, срабатывает!
Таня провела рукой, касаясь своих изделий. Слово «творения» она не любила, и «творческим» человеком себя отнюдь не считала. И даже морщилась, когда кто-то говорил про себя: «Я творческий человек!» Ей казалось, что, например, Бетховен никогда ни за что про себя такого бы не сказал, а она, Таня, разве может такое сказать, если он не смел? Но друзья и знакомые упорно называли её изделия «творениями».
Близился праздник всех женщин – восьмое марта. Таня принимала его только из-за весны. Ну и из-за того, что её изделия в этот период, как никогда, пользовались спросом. Качественная бижутерия ручной работы, открытки собственного производства, икебаны и панно, подарочные сертификаты шли на «ура». Её магазинчик был известен. В их городе бижутерия от Татьяны Носовой считалась гарантией эксклюзивности, неповторимости, поэтому женщины шли к ней за покупками охотно, чтобы подчеркнуть свою индивидуальность. А мужчины, зная о любви своих женщин к магазинчику Татьяны, стремились туда за подарками. Конечно, случалось и такое, что некоторые случайно зашедшие посетительницы «воротили нос» и, не стесняясь Тани, называли её изделия «дешёвыми побрякушками» и «всего лишь бижутерией», тогда как они носят на себе только золото высшей пробы и настоящие драгоценности. Таня улыбалась на это и молчала. Конечно, она много чего могла сказать в защиту своих изделий, но спорить она не любила и не умела.
Таня ещё раз оглядела магазин, вздохнула и приняла решение: надо всё-таки брать себе помощницу, одна она уже не справлялась. В периоды затишья она изготавливала свои «изделия» прямо в магазине, а потом еще и дома, засиживаясь допоздна. За все три года она не брала отпуска, а отдыхала всего раз в неделю – по вторникам. Она знала из книжек, что вторник считается «не днём торговли», то есть в этот день в магазины приходи наименьшее число покупателей. Да и то, на оставляла на дверях объявление со своим телефонным номером, иногда ей звонили покупатели, которым вот срочно что-то было нужно, и Таня бежала в магазин. Благо жила она рядом, в пятнадцати минутах ходьбы. На личную жизнь Тане времени не оставалось. Да в общем-то никакой личной жизни и не было. Не то, чтобы она не хотела… Но как-то особо не стремилась. Таня боялась. Нет, не мужчин. Она боялась себя и ловушек своего собственного мозга. В детстве и подростковом возрасте она страдала ОКР. Обессивно-компульсивным расстройством. Уже много лет это самое расстройство её не тревожило. Ремиссия. Но она всегда помнила о нём и всегда боялась возвращения. Поэтому она ограничила круг своего общения, из-за страха, что расстройство вернётся. Таня не знала, что может спровоцировать обострение болезни. Чужое слово, своя собственная мысль. Но она всегда помнила, как было плохо не контролировать свой рассудок, когда как будто чужие, странные, постыдные повторяющиеся мысли настойчиво лезут в голову и крутятся там до тошноты и отвращения к самой себе.
Привычно «звякнула» музыка ветра, висевшая на двери, Таня улыбнулась первому покупателю. Мужчина уверенно направился к ней:
– У вас подарочные сертификаты есть? – спросил он.
