окунуться в особый барабан для очистки отливок.
Пока золотое деревце остывало в гипсовой форме, оно обрело кору —
его поверхность слегка окислилась и покрылась уродливой кожицей. На
этой стадии отливки совсем не похожи на милые вашему сердцу
блестящие колечки, которые обычно ассоциируются с золотыми
побрякушками. Это тусклые обгорелые штуковины, с поверхности
которых надо счистить слой в несколько микронов. Поэтому вы либо
устраиваете им купанье в очень редких кислотах и мышьяке, либо
бросаете их в барабан галтовочного станка.
Галтовочный барабан — это небольшой цилиндр или колесо,
наполненное специальными металлическими или пластмассовыми
шариками, смешанными с жидкой суспензией. Вы кидаете туда горсть
отливок, срезанных с дерева, запускаете станок и оставляете его работать
до завтрашнего утра. Любой технологический процесс, который может
идти ночью без участия человека, очень приветствуется, потому что
выполнение любого заказа обычно затягивается, и в конце срока счёт
времени уже идёт на часы.
Отливки обретают матовый блеск и поступают к оправщику.
Оправщики — это странное племя, обособленный клан. Часто это
добродушные великаны, сидящие на маленьких скамеечках высотой не
больше одного-двух футов. (Это заставляет их держать спину прямо во
время работы.) Перед ними стоит рабочий стол с деревянным языком,
высунутым в их сторону; над столом сложная система держателей со
сверлами самой разной заточки.
Оправщик получает пакетик бриллиантов из отдела камней и
высыпает их в небольшую чашечку. Потом выбирает сверло и делает в
отливке уютное маленькое гнездышко для камня; иногда для этого может
потребоваться целое новое отверстие, иногда это просто небольшие
насечки на зубцах, которые были заранее предусмотрены ещё на стадии
проектирования. Затем он берёт тонкую заострённую восковую палочку
и приклеивает её кончик к самому центру верхушки бриллианта; это всё
равно что балансировать яблоком на конце тростинки. Он ловко
переворачивает палочку и вставляет камень в отверстие, наблюдая
процесс через специальный оптический козырек, делающий его похожим
на кардиохирурга. У оправщиков — как и у хирургов — должны быть
самые твёрдые руки в нашем бизнесе.
После этого он достаёт инструмент, который выглядит как маленький
консервный нож, и зажимает камень золотом. Это требует грубой силы,
поэтому многие оправщики выше талии выглядят как гориллы. Однако
кроме силы требуется и тонкость работы, потому что при этой операции
камень может потрескаться или сломаться, и оправщику придётся
платить из своего кармана часть стоимости повреждённого им камня.
Некоторым оправщикам даже специально доплачивают из-за
повышенного риска оправки некоторых разновидностей камней.
Например, более четверти всех изумрудов, используемых на ювелирной
фабрике, может быть испорчено на этой стадии, потому что изумруд —
один из самых мягких драгоценных камней.
От оправщика камень переходит к полировщику, который полирует
золото до полного блеска и устраняет все нечаянные впадины, какие
только мог оставить на изделии оправщик. Потом кольцо попадает в
кипящий ультразвуковой раствор, который смывает остатки абразива от
полировального колеса, а также хорошенько встряхивает камень
несколько тысяч раз, моделируя поведение какого-нибудь чересчур
активного подростка в первые — гарантийные — месяцы после продажи.
Если камень не вываливается, то кольцо, видимо, можно носить.
Хотя в изготовлении бриллиантового перстня задействовано больше
стадий, чем вы могли бы предположить, но суть по-прежнему
заключается в том, что надо просто соединить вместе две части —
камень и кольцо. Поэтому удивительно, что на обычной фабрике около
тридцати процентов всех произведённых колец должны будут на каком-
то этапе вернуться назад из-за различных проблем с качеством. Прибыль
от одного кольца порой составляет всего-то несколько долларов, а
каждый раз, когда оно возвращается в производственный цикл на
переделку, может обойтись вам намного
Так что в лучшем случае вы ничего не заработаете на таком кольце, а
то бывает, что и приплатите.
Представьте, что вы сидите вокруг стола в зале для заседаний совета
директоров вместе с владельцами компании и двенадцатью вице-
президентами. Стол завален сотнями прекрасных блестящих колец,
камни которых сверкают изобилием красок: здесь и топазы, и рубины, и
турмалины, и бриллианты, и жемчуга, и аметисты. И каждое кольцо
имеет какую-нибудь царапинку, которая превращает его в ничего не
стоящую безделушку, негодную для отправки заказчику. Каждое должно
будет пойти на слом — это поистине душераздирающий процесс, когда
плод ваших усилий, стоивший вам столько пота и крови, бросают в
кипящую кислоту, которая растворяет золото и оставляет драгоценный
камень (золото потом выпаривается из кислоты и снова идёт в дело).
После двухчасовых жарких дискуссий — никто не хочет признавать,
что царапины сделаны в одном из подчинённых ему отделов, — вы
наконец предельно точно устанавливаете, где именно это произошло.
Если теперь сглупить и открыто объявить выговор виновным в низком
