Алмазный огранщик полностью

вообще. Но не было и такого, чтобы я не имел вообще

никаких представлений.

Сначала пусть Чоней Лама разъяснит нам, о чём же говорит Будда.

Помним, что слова из Алмазного огранщика даются жирным шрифтом:

По какой же причине это так? Потому что очень давно

случилось так, о Субхути, что царь Калингка был охвачен

порочным подозрением, что я вступил в преступную связь с

его женой. И вот он один за другим отрезал от моего тела

суставы и суставчики. (Под последними имеются в виду

фаланги пальцев.)

В тот момент я совершенствовал терпение, удерживая свой

ум в понимании отсутствия собственного существования в

каждом из трёх составных элементов акта терпения. Когда я

размышлял о «Я», существующем чисто номинально, в моём

уме не было представления, в котором содержалось бы некое

истинно существующее «Я». Поэтому у меня не было

представления о чём бы то ни было, начиная с истинно

существующего «Я», кончая понятием истинно существующей

«личности».

В тот момент у меня не было представления вообще о

любом из представлений об истинном существовании чего бы

то ни было. Однако в то же самое время не было и такого, как

будто я не имел других, чисто номинальных представлений

вообще.

Будда говорит здесь вот о чём. У меня всё же была мысль о

том, что я должен сохранять терпение: у меня всё же была

готовность переносить боль и не слишком огорчаться при виде

того вреда, который мне причиняют. И у меня всё же было что-

то вроде представления, ведь смог же я вновь подтвердить

обретённое мною ранее знание того, что ни один

существующий объект сам по себе не имеет истинного

существования.

Далее Будда начинает сам объяснять свои слова:

Почему это так? Предположим, о Субхути, что в этот

момент в моём уме появилось какое-нибудь представление

о Я. Тогда непременно возникло бы и представление о

причинении кому-то вреда.

В моём уме возникли бы представление о живом

существе, представление о вечной душе и представление о

личности. А из-за этого непременно возникло бы и

представление о причинении кому-то вреда.

Чоней Лама продолжает:

Вот в чём причина, почему это так. Предположим, что в

этот момент какое-нибудь представление о Я, которое

наделяет «Я» конечным, независимым существованием,

появилось в моём уме. Или предположим, что в моём уме

появились другие перечисленные концепции. Тогда

непременно возникло бы и представление о причинении кому-

то вреда; но на деле этого не произошло.

Похоже, эти строки можно свести к чему-то вроде:

Царь отрезал мне пальцы и другие части тела в наказание

за преступление, которого я не совершал. Если бы я

воспринимал любого из нас как личность, то я мог бы

разозлиться и мой ум могло бы охватить желание причинить

ему вред. Но у меня не было такого представления, поэтому я

сумел удержать свой ум от гнева.

Это очень трудное место. Да и какое это имеет отношение к тому,

чтобы на работе защитить ваше тело от разрушительной привычки

предаваться негативным эмоциям? Сначала поговорим о двух различных

способах неправильного понимания этих строк (а их смысл всячески

искажался на протяжении столетий), а затем объясним, что они означают

на самом деле.

Существует широко распространённое недопонимание, которое

возникло вместе с буддийскими книгами вроде этой, которые отрицают

существование «Я», или «личности». Люди восприняли это так, что, мол, существует что-то вроде пространства, куда вы можете удалиться, когда

у вас есть проблема. Это пространство либо просто пусто, либо в нём всё

воспринимается как нереальное, и когда вы там оказываетесь, либо

проблема уходит, либо вы к ней уже больше не привязываетесь. Если,

например, ваша проблема в том, что кто-то на вас гневается, то эти люди

предложат вам или просто притвориться, что этого человека нет рядом,

или перестать о нём думать, и тогда у вас больше якобы не будет никаких

проблем. И они думают, что речь идёт именно об этом, когда мы говорим