Третий - барон Гарпарин, известный любитель мальчиков, - застыл на кресле с удивленным выражением лица. Его одеяние представляло собой беспорядочное смешение кричащих цветов. Четвертым был необычайной толщины человек в красном, которого Спархок не знал.
- Спархок! - резко сказал Энниас, взяв наконец себя в руки. - Что вы здесь делаете?
- Я просто знал, что вы разыскиваете меня, Ваша Светлость, - ответил Спархок, - и надеюсь, что избавил вас от лишних хлопот.
- Вы самовольно вернулись из ссылки, Спархок, - обвинил его Энниас.
- Но по ряду причин назрели неотложные вопросы, которые мы должны обсудить, Ваша Светлость. Мне сообщили, что на то время, пока королева поправит свое здоровье, в сан Принца-Регента был возведен бастард Личеас. Почему бы вам не послать за ним, чтобы мне не повторять свою речь дважды?
Энниас гневно взглянул на Спархока.
- Но ведь это именно то, кем он является на самом деле, не так ли? Его происхождение вряд ли секрет для кого-либо. Так зачем нам с вами скрывать то, что известно всем и каждому? Да, шнур звонка, насколько я помню находится справа. Дерните за него, Энниас, и пошлите какого-нибудь лизоблюда сходить за Принцем-Регентом.
Граф Лэндийский рассмеялся, не скрывая своего веселья, вызвав этим взбешенный взгляд Первосвященника.
Немного помедлив, Энниас все же отправился к паре шнуров от колокольчиков, висевших на дальней стене. Его рука на какое-то мгновение замерла в воздухе, выбирая между двумя.
- Не сделайте ошибки, Ваша Светлость, - любезно предупредил его Спархок. - Все может обернуться не лучшим образом, если вместо слуги сюда явится дюжина ваших солдат.
Энниас стиснул зубы и дернул за голубой шнурок, оставив красный висеть пока в покое. Через мгновение дверь открылась, и вошел молодой человек в ливрее.
- Ваша Светлость? - поклонился он Первосвященнику.
- Ступай и скажи Принцу-Регенту, что мы ждем его появления здесь сейчас же.
- Но...
- Сейчас же!
- Слушаюсь, Ваша Светлость.
Слуга поспешно удалился.
- Вот видите, как все оказалось просто, - заметил Спархок.
Затем он подошел к старому вельможе и, сняв перчатку, взял руку графа Лэндийского.
- Вы хорошо выглядите, мой Лорд.
- Еще жив, ты имеешь в виду? - рассмеялся граф. - Как там Рендор, Спархок?
- Жаркий, сухой и очень пыльный.
- Как и всегда, мой мальчик, как и всегда.
- Не соизволите ли вы ответить на мои вопросы? - неожиданно вмешался в их разговор Энниас.
- С удовольствием, Ваша Светлость, - любезно ответил Спархок, - но лишь после того, как сюда прибудет бастард Регент. Мы должны соблюдать этикет. - Он поднял одну бровь. - Скажите мне, - добавил он как бы в раздумье, - как поживает его мать? Конечно же, я имею в виду ее здоровье? Я не склонен думать, что священнослужитель будет проявлять интерес к плотским талантам принцессы Аррисы, хотя любой другой бы в Симмуре...
- Вы зашли слишком далеко, Спархок!
- Вы имеете в виду, что ничего не разумеете в подобных вещах? Мой Бог, старый девственник. Вы действительно всегда стараетесь оставаться выше этого?
- Как грубо! - воскликнул барон.
- О, это недоступно вашему пониманию, Гарпарин, - иронично заметил Спархок, - насколько мне известно, ваши наклонности лежат совсем в другой области.
В этот момент дверь отворилась, и в проеме показалась прыщеватая физиономия молодого человека с отвислой нижней губой, обрамленная сальными светлыми волосами. Царственную особу в нем выдавала лишь зеленая отороченная горностаем мантия да золотая диадема на голове.
- Вы хотели видеть меня, Энниас? - прогнусавил он.
- Государственное дело, Ваше Высочество, - ответил Энниас. Необходимо, чтобы вы присутствовали при обсуждении события, где замешана государственная измена.
Молодой человек тупо уставился на Первосвященника.
- Это - сэр Спархок, который вероломно нарушил приказ вашего покойного дяди, короля Алдреаса. Ему было приказано выехать на поселение в Рендор и не возвращаться без особого на то королевского разрешения. Одно только его присутствие в Элении выносит ему приговор.
Личеас в испуге отпрянул от стоящего рядом с ним рыцаря в черных доспехах, открыв в изумлении свой бесформенный рот.
- Спархок?! - содрогнулся он.
- Самый настоящий, - подтвердил Спархок. - Однако я боюсь, что наш добрый Первосвященник несколько преувеличивает. Принимая на себя почетную должность Рыцаря Королевы, я обязался защитить ее, когда она окажется в опасности. Эта клятва стоит выше любого приказа, будь то королевский или какой-либо другой. А жизнь королевы сейчас как раз в опасности.
- Это лишь формальная сторона дела, Спархок, - заявил Энниас.
- Мне это известно, но формальные стороны дел - душа закона.
В этот момент в разговор вступил граф Лэндийский.
- Я изучал подобные прецеденты, и сэр Спархок вполне верно процитировал букву закона и полностью следовал ему в своих действиях. Клятва сэра Спархока защищать королеву в данном случае превыше всего.
Принц Личеас обошел вокруг стола.
- Это чистейший абсурд! - заявил он, усаживаясь рядом с Первосвященником. - Она не подвергается никакой опасности. Элана просто больна.
- Королева, - поправил его Спархок.
