Ксанка вздрогнула, и он уже подумал, что она снова бросится наутек, но девчонка не тронулась с места, лишь прикрыла ладошкой нарисованную белку.

– Красиво. – Туча улыбнулся. – У тебя здорово получается.

Ксанка ничего не ответила, да он и не ждал ответа. Взгляд ее из испуганного сделался пытливым.

– Я извиниться хотел. – Начать разговор было нелегко, но он себя заставил. – За то, что взял тогда без спроса…

Она стремительно встала со скамейки, точно птичка вспорхнула, сунула в рюкзак планшет. Ей неинтересны были его извинения…

– Ксанка, подожди! – Туча разжал вспотевшую от волнения ладонь. – Вот, я его нашел! Я хочу отдать…

Ксанка, уже готовая уйти, замерла, развернулась к нему всем корпусом, синие глаза ее радостно блеснули.

– Прости меня, пожалуйста. – Туча рассматривал ключ на своей ладони и боролся с желанием сжать кулак, не отдавать никому эту удивительную вещицу.

Ладони коснулись тонкие прохладные пальцы. Мгновение – и заветный ключик оказался на шее у Ксанки. Наверное, Степка первым и единственным во всем лагере увидел, как она улыбается. У нее была ясная, совершенно не вяжущаяся с ее мрачным образом улыбка. И в синих глазах вдруг зажегся такой яркий свет, как будто она получила самое ценное из того, что есть на земле. В этот самый момент из сердца Тучи окончательно ушла тоска по утраченному ключику. Теперь он точно знал, что поступил правильно.

– Спасибо. – У нее был звонкий, ну точно серебряный голосок.

– Не за что. Так ты меня простила?

Она ничего не ответила, лишь коротко кивнула и упорхнула. Маленькая счастливая птичка. Туча еще долго смотрел в том направлении, в котором исчезла Ксанка, а потом улыбнулся, пошагал к флигелю.

– Где ты был? – набросился на него Гальяно, стоило лишь переступить порог комнаты. – Мы тут дневник читать собрались, а тебя где-то черти носят!

– Я отдал! – Туча смотрел только на Дэна.

– Молодец! – Дэн ободряюще улыбнулся.

– Ключик отдал? – уточнил Матвей.

– Да.

– А она что?

– Сказала спасибо.

– То есть разговаривать она умеет. – Гальяно удовлетворенно кивнул.

– Умеет.

– И не слабоумная?

– Сам ты слабоумный! – обиделся за Ксанку Туча. – Ты бы видел, как она красиво рисует!

– А ты, значит, видел? – отчего-то заулыбался Гальяно.

– Я видел.

– Ну, я рад за вас, дети мои!

Что имел в виду этот балабол, Туча так и не понял, пожал плечами, подошел к своей кровати.

– Доставай уже дневник! – нетерпеливо сказал Матвей. – Интересно, что там дальше.

Дэн вытащил из-под матраса дневник, внимательно осмотрел со всех сторон, раскрыл на нужной странице…

Дневник графа Андрея Шаповалова. 1908 год

Поговорить с братом я решил в ночном. Для такого разговора и время, и место самые подходящие. Ночью все видится в особенном свете, раскрывается теневая суть вещей. Ночью, когда не видишь лица собеседника, легче заговорить о том, что тревожит и не дает покоя днем.

Табун был небольшой, всего девять лошадей. Оттого, наверное, Степка и не взял других помощников. На нас, графских сыновей, надежда у него была небольшая. Лишь бы под ногами не мешались. Он нам так и сказал:

– Сиятельства, отдыхайте, дышите вольным воздухом, а к лошадям не лезьте. С лошадьми я уж сам как-нибудь. Хватит, что за вами вот еще присматривать теперь.

Ишь каким орлом стал наш Степка! Точно это и не он ломал шапку в отцовском кабинете, точно не у него поджилки тряслись под грозным хозяйским взглядом. Но то в барском доме, а здесь, на вольной воле, он сам себе господин и перечить ему – себе дороже. В следующий раз заартачится и вообще в ночное не возьмет.

Потому я и промолчал, а вот отчего промолчал Игнат, не знаю. Верно, задумал какую-то забаву. Это хорошо, забавам я тоже рад, только вот поговорить нам с Игнатом нужно непременно. Нет сил уже ждать.

Перейти на страницу:

Все книги серии Алое на черном

Похожие книги