Я, Алора Брют, самый обычный зельевар, с рождения скрывающий драконью магию. Согласно традициям, драконы забирают одарённых детей на Парящие Острова, и я всегда понимала, что рано или поздно они прилетят и за мной.Но я-то уже не ребенок!И драконы это точно заметили. И лорд-основатель драконьей академии, и новый куратор драконьего приюта.Лучше бы внимательно посмотрели, в каких условиях живут дети! И что они не такие бездари, как им всем кажется. И пусть один властный и самоуверенный лорд уже решил, что сделает меня личной ученицей, я, Алора Брют, спасу драконий приют.1 Часть дилогии здесь:https:// /shrt/gEPo
ЧАСТЬ 2 Алора Брют и Драконий уют
ГЛАВА 1
Этот день начался под испуганное девичье бормотание. Я не успела спросонья понять, кто это ворчит, как меня начали трясти за плечо:
— Где я? Кто я? Когда я?..
— Ты еще спроси, с кем, — буркнула я, уже догадавшись о причине утренней истерики.
Иора снова все забыла.
Я привстала на локтях. Горянка хлопала глазами и явно готовилась зареветь. Бросив взгляд на соседнюю кровать, увидела, что Малика уже поднялась. Видимо, не захотела меня будить и спустилась на кухню завтракать. Но потом проснулась Иора и вот нашла.
— Нас похитили? Знаешь, твое лицо мне кажется знакомым, — жалобно протянула она.
— Алора Брют из Таравии! — Незамедлительно протянула руку я. — А ты Иора. Помнишь это имя?
Горянка немного подумала и кивнула, а потом вспомнила Кайла и Оллина. Одевалась я, проговаривая основные моменты вчерашнего дня и последней недели, проведенной в Драконьем приюте. Точнее, я рассказывала, а Иора слушала и восполняла пробелы в памяти. Опытным путем выяснилось, что Иора, хотя и не помнила большинство событий, мгновенно реагировала на ложь.
— Драконы рады найденышам? Не верю! — твердо объявила она.
— Значит, будем не верить вместе. — Я бросила взгляд на хронометр и сверилась с лично составленным расписанием. — Пора выдвигаться! А то позавтракать не успеем.
***
Прошла всего неделя с того памятного вечера, когда дети водили меня на прогулку в Шепчущую чащу, но за эти дни в Драконьем приюте многое изменилось. Теперь и у взрослых, и у детей было одинаковое расписание, и его составила я.
Сначала шел совместный завтрак, после него занятие по взаимодействию с личными артефактами. За неимением нормальной классной комнаты, защищенной магией, мы все выходили из дома и активировали драконьи артефакты, кто во что горазд. Лучше всех получалось у Шелы и ее чудо-плаща, умеющего мимикрировать под тень. Исчезнув, Шела устраивалась на земле и дремала до конца занятия. Остальные дети вроде как пытались управляться со своими артефактами, но на самом деле искали Шелу. И только Малика оставалась на месте. Во-первых, с зеркалом не побегаешь, а во-вторых, оно пару раз уже подсказывало, где затаилась Шела, но моя малышка с обостренным чувством справедливости считала нечестным пользоваться такой помощью и просто не принимала участия в поисках.
После дружной работы с артефактами я и дети упражнялись в чтении по единственной подходящей книге, которую позаимствовали у взрослых, а потом решали примеры и задачки по арифметике на кухне. Я не желала терять время в ожидании заказанных книг. Кроме того, помимо образования детей мне было нечем заняться, ведь я практически утратила магию. Состояние было временное, но все равно дико неприятное.
И это была моя вина.
Хорошая ведьма всегда знает, когда она допустила ошибку, отличная — может ее исправить, умная — никогда не ест антидот, не разобравшись с видом отравления. Я знала, что расплата за быстрое избавление от боли может оказаться дико неприятной, но все равно сунула в рот пластинку обезболивающего, чтобы спокойно поговорить с лордом Алдраком.
Я просто хотела, чтобы ранение не отвлекало меня от важного разговора. Да что там, я боялась, что черный дракон захочет меня вылечить и для этого утащит в свое гнездо. Так что я просто использовала свои запасы, наплевав на возможные последствия.
И потом их расхлебывала.
За ночь яд кровошипа разнесся по телу, и, проснувшись утром, я поняла, что “оглохла” на магическое ухо. То есть я перестала чувствовать магию. Вот вообще. Я больше не ощущала природные кристаллы, закопанные на поле, не видела магию, влитую в тыквы.
Рик после моих откровений удивленно хлопал глазами и говорил, что когда их с Ветряной поцарапал кровошип, они ничего такого не заметили. Но детям-то и не приходилось использовать магию! Мне не нужно было учиться призывать котел, который ощущался исключительно, как обычная чугунная посуда.
Котел отказывался мне подчиняться. Я в нем уже и отвар успокаивающий смешивала, и расслабляющее зелье варила, но котел молчал, словно неродной, даже костяную жуть отказывался показывать. О призыве и уменьшении размера речи вообще не шло. Я просто перестала чувствовать свой артефакт.
А еще у меня все болела спина. Порез заживал медленно и сделался малиновым, словно меня хлестнули кнутом, а я поначалу совершенно не знала, чем его лечить. Ветряна и Шела встревоженно шептались, что я должна рассказать обо всем взрослым. Я поступила как истинная ведьма и зельвар: я отправилась в Шепчущую чащу за образцом злополучного кустика. Думала, придется выдержать битву, вооружившись волшебными порошками, но у самой границы я обнаружила с десяток вырванных с корнями растений. Колонию кровошипа уничтожили по-драконьи варварским способом.
