С демоном творилось что-то странное. Черты лица заострились, выдавая в облике нечто темное, нечеловеческое. Сильные руки застыли в переходном состоянии трансформации, удерживая хрупкую фигурку женщины, прижимающуюся к мощному торсу твари. Разум, пораженный внесенными исправлениями, постепенно терял осмысленность, желая поскорее покинуть подпространство, внезапно ставшее недружелюбным. С этим местом его больше ничего не связывало и оставаться становилось все труднее и труднее, более того — бессмысленно. Сейчас его удерживала только Китра, вцепившаяся в остатки костюма демона и застыв в оцепенении. Возможно ее сковал страх. Одно дело иметь с демоном в человеческой оболочке с соответствующими манерами и совсем другое, стоять рядом с монстром, переходящим в свою истинную форму, возвращающемуся к звериным инстинктам.
Мага озарило жуткое понимание: если женщина не отпустит демона, тварь запросто утянет ее вместе с собой в Нижний мир.
— Китра, отпусти его! — крикнул Камден, бросаясь на помощь. Женщина будто и не слышала, давясь всхлипами словно что-то причиняло ей боль. — Проклятье!
Приближение мага усилило давление подпространства на демона. Прежде чем водоворот теней накинулся на тварь, окончательно выпроваживая враждебное существо за границу чужого мира, посланник Света отстранилась от демона. В слишком быстром для глаза движении, она ушла от опасных объятий пав на колени. Прикрыла уши руками, спасаясь от яростного рева и мощного гула теней, утягивающего в воронку Нижнего мира его обитателя.
Наступила тишина. Не та искусственная, что могло изобразить подпространство, а настоящая, одна из тех, что возникают после окончания жестоких битв. Когда все вокруг замолкает, а ты лишь пытаешься почувствовать стук собственного сердца, определив, жив ли ты еще или нет.
Давящее присутствие потустороннего существа исчезло. От обрушившегося на него спокойствия и свободы, маг неуверенно покачнулся. Он даже не подозревал, как сильно был скован в своих мыслях и действиях, когда рядом находилась нижнемировская тварь. Подпространство заиграло новым светом, позволив другим краскам, помимо монохрома и красных оттенков, войти в искусственный мир. Он определенно чувствовал себя лучше.
— Китра, — позвал Камден, опускаясь рядом с ней на колени. Обхватив себя руками, женщина склонила голову скрывая лицо за иссиня-черным шелком спутанных волос. — Что он с тобой сделал? Китра!
Она не реагировала. Лишь рвано вздрагивала, душа прорывающиеся рыдания. Камден осторожно потянулся к ее лицу, убирая в сторону мешающие прядки. Покрасневшие глаза были полны застывших хрусталиков слез. На щеках мокрые соленые дорожки, губа прокушена до крови, челюсти плотно сжаты дабы сдерживать всхлипы. Внешних повреждений не было. Заклинание-поисковик тоже не дал результатов на наличие серьезных травм или повреждений. Впрочем, законы подпространства несколько отличались от физических законов Привычного мира. О том, что посланник Света несколько не в себе говорил лишь застывший взгляд, затерявшийся где-то далеко в жутких видениях повторяющихся событий.
Стерев ладонью влагу с прохладной щеки, Камден повернул ее лицо к себе и снова позвал. Китра проигнорировала его слова. Тогда мужчина обхватил ее за талию, притягивая к себе. Посланник Света не сопротивлялась. Она не издала звуков возмущения, не уколола острой фразой, не смерила уничижающим взглядом за проявленную дерзость, и это лучше любых сканирующих заклинаний говорило о ее крайне тяжком состоянии.
Самое паршивое в этой ситуации было то, что когда демонические тиски перестали сжимать его сознание, лучше не стало. Да, он почувствовал себя свободней, но вместе с желанным избавлением пришло горькое понимание, раскрывшее истину самообмана. Женщина в его объятьях, которую он тихонько укачивал, крепко прижимая к себе, будто он маленький ребенок, которому преподнесли на день Рождения долгожданный подарок — красивую дорогую куклу, о который мечтали все дети, а она досталась ему, — была совершенно равнодушна к своему освободителю. Она ни разу не проявила к нему интерес, помимо того, что требовался для собственного спасения и победой над демоном. Посланник Света все это время держала его на расстоянии. Не удостаивала лишний раз даже взглядом. Она игралась словами, даря холодные улыбки и редкие прикосновения, но ничего более. Он наслаждался ее обществом, а она считала минуты до освобождения от оков тысячелетнего брака.
Демона больше не было. Китру и Камдена больше ничего не связывало. Разве что у него был ее Дневник. Верно. Она не сможет оставить Камдена, зная о Дневнике в его руках. Придет торговаться за свою свободу, а когда поймет, чего хочет от нее лорд Геригон, истинный маг Воздуха — проклятье! — она его возненавидит. А потом придумает очередной план и украдет свой Дневник. Она не останется с Кмденом добровольно. Он не получит даже одного маленького шанса. Как, спрашивается, ему это исправить? Разве мужчина виноват, что Китра не заинтересовала его прежде, чем он попытался принести ее в жертву бывшему мужу?
