Сын первого министра был городским жителем и знал уттаков только понаслышке. Он много читал, в том числе и об уттаках, и хорошо представлял их нравы и обычаи. Описывая уттаков, ни один автор не забывал упомянуть, что им не свойственна ни чистота, ни порядок. Сейчас у Скампады появилась возможность убедиться в этом.
Уттаки злобными криками остановили обоих путников. Кеменер придержал коня и знаком велел Скампаде сделать то же самое.
— Эй, вы! — закричал он, не дожидаясь, пока патруль подойдет вплотную. — Мы к Каморре, к хозяину, поняли! Нас нельзя трогать, или он оторвет вам головы!
Уттаки не обратили ни малейшего внимания на слова Кеменера. Они приближались с наветренной стороны с секирами наготове. Скампада отчетливо почуял вонь, идущую от одежды из звериных шкур, и с содроганием разглядел злобные, дегенеративные физиономии, жадные взгляды, прощупывавшие его мешки.
— Стойте! — опять крикнул Кеменер. — Вы что, не боитесь гнева белого диска?!
На этот раз слова Кеменера подействовали. Уттаки боялись гнева белого диска. Они остановились. Старший шагнул вперед и заговорил, с трудом справляясь с келадской речью:
— Нам надо всех хватать. Чтоб не ходили здесь. И вести к хозяину. — «И сначала ограбить», — добавил его взгляд.
— Идите за нами, если не верите. Мы едем прямо к хозяину.
Кеменер направил коня к воротам замка. Скампада поспешил за ним, каждое мгновение опасаясь, что секира уттака вонзится ему в спину. Он инстинктивно ощутил разбойничью, неуправляемую сущность уттаков, и в глубине его души шевельнулась благодарность к своему спутнику, заставившему его надеть обноски. Всадники проехали через разбитые ворота и оказались во дворе.
Обоим бросилось в глаза, что уттаки изрядно похозяйничали в Бетлинке. В замке не осталось ни одного невыбитого стекла, ни одной несломанной двери. Двор, заваленный обломками и объедками, был невыносимо грязен. Каморра, получив замок, выставил оттуда уттаков, едва только удалось их унять, но вещи уже были разграблены и испорчены, запасы пожраны, и все, что поддавалось действию силы, переломано и испоганено. Повелитель уттаков и его сподвижники поселились в полуразрушенных комнатах замка. Кроме них и уттакских патрулей, в замке никого не было, поэтому территория Бетлинка казалась пустынной и нежилой.
Кеменер и Скампада, опасаясь оставить коней на дворе, завели их через разбитую дверь в просторный зал на первом этаже замка, затем поднялись по лестнице на верхние этажи, отыскивая Каморру. На стене вдоль лестницы висели фамильные портреты владельцев Бетлинка, начиная с Эмбара, основателя замка. Скампада обратил внимание, что лица на портретах нижнего ряда истыканы уттакскими пиками.
На втором этаже им встретился мужчина с белым диском на груди, который проводил их к Каморре. Маг сидел в бывшем кабинете Вальборна и складывал воедино обрывки карты Келады, найденные в замке.
Скампада, не видевший Каморры почти десять лет, отметил изменения во внешности мага, совершенные ходом времени. Маг был все таким же остролицым, сухим и узкоплечим, а его движения — так же резки и угловаты, но в жидких черных волосах появилась седина, напоминавшая потеки птичьего помета на городских крышах. Морщины на лице Каморры, залегающие между бровей и у глаз, идущие в стороны от основания ноздрей, стали глубже, а вокруг тонкогубого, плотно сжатого рта появилось множество мелких радиальных складок.
Заметив вошедших, Каморра поднял голову и выпрямился.
— Явились! — если он и обрадовался, увидев своего лучшего шпиона, то ничем не выдал радости. — А это ты, Скампада! Давно не виделись. Как там Берсерен поживает?
— Я покинул дворец вскоре после вас, — пожал плечом Скампада. — Этот человек давно не интересует меня.
— Ну ладно, Скампада. Приехал — так приехал. Что тебе здесь нужно?.
Скампада хладнокровно выдержал насмешливый взгляд мага. Он понял, что Каморра не знает об его договоренности с Шимангой и считает его человеком, явившимся в Бетлинк в поисках грязной работы.
— Шиманга говорил со мной от вашего имени, — сдержанно сказал он. — Он поручил мне поиск сведений о магических камнях, известных, как камни Трех Братьев.
В глазах Каморры впервые засветился интерес.
— Раз ты здесь, значит, ты нашел их? — спросил он. — Выкладывай, что у тебя есть.
— Я не все нашел, а кое-что, — Скампада не торопился выкладывать сведения. — И я не привык делать дела в спешке. Мне нужно позаботиться о коне, разместить вещи в комнате, перекусить с дороги, договориться о цене. Если информация нужна, то у нее есть цена, — он вскинул глаза на Каморру.
— А ты все такой же гордец, как и в те времена, у Берсерена, — снисходительно заметил Каморра. — Я не собираюсь торопить вас обоих. Ставьте коней, занимайте любые комнаты. О своей еде позаботьтесь сами. Надеюсь, вы привезли с собой припасы. С едой здесь трудно, уттаки сожрали все запасы замка. Как устроитесь, приходите ко мне, — он отвернулся, переключив внимание на карту.
Кеменер и Скампада отыскали конюшню, сено, комнаты, внесли и распаковали дорожные мешки. Поужинав оставшимися с дороги припасами, они пошли к Каморре.
