– Ага, у разбойников остались. И еще я не хочу, чтобы хоть кто-то узнал, что я была в полоне.
– Значит, тебе придется стать еще одной племянницей моего начальника охраны.
– А где он?
– Табун охраняет, который веду на продажу в Смоленск.
– Откуда у тебя табун?
– Ну, на меня же не только ляхи нападают. Вчера хан напустился, теперь его скакуны стали моими.
– Но ведь врешь же? Сознайся, что врешь.
– Да клянусь тебе спасением собственной души, это истинная правда.
Зарина вжала голову в плечи, явно ожидая кары небесной. Потом испуганно посмотрела на Александра.
– Да я бы и так поверила, зачем же сразу?
– А чего бояться, ежели не вру?
– Рисковать душой лишний раз не стоит.
– Уговорила, не буду.
«Еще и покладистость зашкаливает, а ведь купчиха у меня чуть лошадь не угнала. Нехорошие симптомы! И вообще, чего я тут груженый, как ишак, стою? Надо хоть трофеи в телегу сложить». Он обошел кобылку, сгрузил оружие, сумки.
Сам остался при двух пистолях, которые зарядил еще на поляне, – своем и одном из офицерских. Второй решил выдать попутчице.
– Зарина, возьми.
– Ты мне так доверяешь?
– Хочешь, чтобы я с тебя клятву стребовал?
– Нет. – Она активно замотала головой.
– Тогда верю без клятвы. Тем более нужно скорее трогаться.
– Но ты же не разрешаешь лошадке.
– Так она, пока на колени перед ней не станешь, ни за что не поедет. Тоже, наверное, королевских кровей.
– Ты меня обманываешь.
– Смотри сама. – Еремеев приблизился к морде животного, опустился на колени и развязал веревку. – Теперь можно ехать.
Не зря говорят, что за доброй беседой время летит незаметно. А если собеседник, ко всему прочему, еще и нравится, часы уподобляются минутам. Потому Александр был весьма удивлен, когда лес скоро закончился и они выехали к юго-западным окраинам Смоленска.
– А вон и мои стоят. – Еремеев издали увидел табун. – Наверное, долго ждут. – Он помахал рукой.
Телегу заметили. Начальник тут же направился навстречу.
– Буян, я тут нашел тебе еще одну племяшку, документов у нее нет, но в город провести надо без лишних вопросов.
– Здравствуй, дочка! – склонил голову ветеран.
– Здрав будь, дядюшка Буян, – сразу откликнулась она.
– Тебе бы одежку попроще справить и платок на голову повязать. Такое пригожее личико перед городской стражей лучше не казать.
– Раз ты старший родич, тебе и решать, в чем мне лучше.
– Добре, красавица. – Он понизил голос и обратился к Александру: – Жаль, ее в парубка не переоденешь.
– Я уже думал об этом, – кивнул Еремеев. – А еще у нее нога вывихнута.
– Ты, дочка, побудь пока здесь, мне с командиром парой слов перекинуться надо. – Ветеран спешился, и они отошли на несколько шагов в сторону.
– Пока ехали, леший дважды гонца присылал. Сперва белка сказала, что ты у Смоленска нас нагонишь. Потом и вовсе дятел прилетел с вестью, что ты сгинул. Хорошо, я нашим не обмолвился, хоть и струхнул здорово.
– Он почти не ошибся. Спасибо кикиморе, помогла.
– Кикимора?! Тебе? Да она людей на дух не переносит.
– Я ее спас от верной гибели, долг у меня был перед лешим, пришлось выполнять.
– Дела! Я за свой век ни разу не слыхивал, чтобы один человек столько раз с нежитью сталкивался и живота не лишился.
– Кикимора после излечения собиралась меня на болоте оставить вместо скомороха, но тут нашла коса на камень, выбрался.
– А девка откуда?
– Купчиха? В лесу нашел. За ней парни вот в таких, как у меня, одеждах охоту устроили. А мне не по нраву пришлось, что они такими срамными делами забавляются.
– Опять коса на камень? – усмехнулся ветеран.
– Можно и так сказать. – пожал плечами Александр.
– Судя по количеству стволов в телеге, охотников было немало. Знаешь, иногда меня одолевают сомнения, нужна ли тебе охрана.
– Нужна, – серьезно ответил Еремеев, – были бы вы рядом, не пришлось бы кикиморе меня с того света вытаскивать.
– Добре, – кивнул Буян. – Но погуторить я хотел о новой племяшке. Она ведь не купеческого роду будет.
– А какого?
– Сам посуди, будут ли за купчихой ляхи охоту ладить?
– За такой красивой – вполне.
– Красивых девок на Смоленщине – пруд пруди, если за каждой по десятку ляхов будут бегать… Уж поверь моему глазу, она из роду боярского, не ниже.
– И что теперь? Не брать ее с собой в Смоленск?
– За стены я бы везти ее не стал. На окраине схорониться проще. Хочешь, сам этим займусь? Есть на примете проверенные люди. Пусть пока у них побудет, а мы обстановку тем временем разведаем.
«Вот что значит, когда головой не думаешь! Вывод сам собой напрашивался, а я… Если она, например, из Смоленска сбежала, то наверняка на каждом въезде соглядатаи стоят. Хорошо хоть, мои здесь раньше оказались. Зря я свою паранойю за Можай загнал, иногда она бывает очень кстати».
– Пожалуй, ты прав. Только ей срочно нужно подлечить ногу.
– Там и подлечат. Для этого целитель не нужен, достаточно толкового костоправа.
«Тревожно ее от себя отпускать, но в город везти – еще опаснее. Надо будет у сержанта выяснить хоть какие-то подробности. Если девушка из знатных, почему-то мне кажется, он должен быть в курсе».
