— Папа очень любит тебя, Лиса! Видела бы ты, как он изводил себя все то время, пока ты спала!
Агния ускорилась, Дэрии ничего не оставалось, пришлось бежать рядом.
Дверь закрылась, мы с ректором остались одни.
Интересно, а где ректор потерял свою новую пассию… Тьфу! Нахваталась от Агнии.
— Не боитесь отпускать Дэрию с ней? — спросила, скрещивая руки на груди.
Да, не зря говорят, что так чувствуешь себя защищеннее.
— Нет, — ответил мне ректор. — Неизвестно ещё, кто из них более опасный. Да и Слейн явно в скором времени пополнит их дуэт.
Ну да, Бог Смерти. Он же везде таскается за Дэрией. Интересно, как Агния отреагирует на его присутствие.
Я бы посмотрела…
Хм. А кто мне, блин, мешает это сделать?
Ректор что-то не спешит хоть как-то начинать диалог, явно ждёт, что я первая начну болтать, а мне что-то как-то не хочется плясать под его дудку.
Да, я расстроена! Но имею права. Мне обидно. За Алийанию. И самую малость за себя.
Обиженно выдохнув, я вознамерилась покинуть комнату вслед за опасным дуэтом, но ректор не дал мне этого делать.
Поймал меня за руку, когда я с грозной моськой проходила мимо, и обнял.
Сказать, что я удивилась, это ничего не сказать.
— Ты невыносима, Лиса, — выдохнул он мне в макушку.
— Это я-то?! — возмущённо воскликнула я. — Это вы тут уже почти женились! Могли бы хотя бы сначала со мной связь разорвать!
Злость и обида во мне клокотали и требовали расплаты. Желательно в виде мерзкой тетки, решившей, что можно кокнуть меня, пока я валяюсь в отключке.
— Ну и кто тебе рассказал? — спросил мужчина, продолжая удерживать меня в объятьях, а я, между прочим, пыталась высвободиться.
— Никто, я всевидящая, блин! Пока спала, все фиксировала.
Нет, ну не выдавать же Агнию.
— Я про подробности нашей связи, — улыбаясь, поведал мне ректор и стукнул меня по носу легонько указательным пальцем.
Тьфу, посмотрела, называется, на мужчину.
Пнуть, его, что ли?
— Кто надо, тот и сказал, — пробурчала я обиженно.
Ректор погладил меня по голове, словно я ребятёнок какой.
Спасибо хоть, что за щечки не потрепал.
— Уж не тот ли это, кто долгое время сидел в этой прекрасной головке и нашептывал тебе всякие опасные идеи? — ректор провел большим пальцем по моему правому виску.
Услышав его слова, я нахмурилась, собралась уже юлить, пытаясь скрыть правду, но потом поняла, что в этом просто уже нет необходимости.
Хаоса больше нет, к сожалению.
— Я расскажу правду.
Наши взгляды встретились. Думала, ректор наконец наденет маску серьезности, но нет, этот мужчина продолжал ухмыляться.
— А давай сделаем так, — неожиданно предложил мужчина. — Ты расскажешь свою историю, а я расскажу тебе свою. Ты же хочешь узнать мою историю?
— Я бы рассказала вам все и без сделки этой, тем более об этом меня просила Нори, — пробурчала я, отводя взгляд.
— Тем более, — выдал ректор и неожиданно подхватил меня на руки.
Я даже возмутиться толком не успела, ректор уже тащил меня в мою комнату.
С пинка открыл дверь, та жалобно скрипнула, явно пытаясь пожаловаться то ли мне, то ли самому завхозу.
Аккуратно положив меня на кровать, ректор начал меня кутать в одеяло, одно, второе, третье.
— А где 4? — задался он жизненно важным вопросом, пытаясь найти навсегда потерянное одеяло.
— Так вот кто меня постоянно пытается спеленать, — проворчала я, доставая руки из-под слоев одеял.
Ректору явно не хватает малыша, в нем пропадает отец века. Дэрии ему явно уже не хватает.
— Ну и, кто начнёт первый? — спросила, смирившись со своим положением и устраившись поудобнее.
— В моей истории мало весёлого, поэтому, наверно, стоит начать с неё? — предложил титрион.
Типа начнём с плохого, закончим хорошим?
— Да в моей тоже не особо все радужно, — заметила, рассматривая профиль мужчины.
Ну хорош, хорош же!
Интересно, как он выглядит на самом деле? Уверена, так же прекрасно!
— И все же в твоей истории есть счастливый конец. В моей он отсутствует.
Нда.
— Ладно, начинайте, — махнула я рукой и сосредоточилась внимать.
Оказалось, зря.
Ректор улыбнулся, увидев мою сосредоточенную моську, и заметил:
— Я решил рассказать о себе всё и первое и самое важное: я тоже своего рода хранитель. Только в моей ведомости находится не артефакт-печать. Я храню нечто другое.
Мужчина явно специально замолчал, подвесил, так сказать, интригу.
Возмущённо выдохнув, я буркнула:
— Рассказчик из вас отвратительный.
Видимо, я сказал что-то действительно смешное, потому что мужчина вдруг рассмеялся.
— Такого в свой адрес я ещё не слышал, — сквозь смех выдал он и, наконец закончив веселиться, продолжил вещать, не переставая при этом улыбаться:
— Я хранитель истории, Лиса, и, если потребуется, их же рассказчик. Но тебе я покажу свою историю.
— То есть вы и такое умеете?
Честно говоря, меня не особо удивило, что ректор является каким-то рассказчиком. Подумаешь, на фоне того, что он старейший титрион, это меркнет.
— Могу, — кивнул мужчина и, наклонившись ко мне, прошептал чуть ли не в самые губы:
— И не только это.
Я уже начала представлять, что умеет без сомнения этот опытный мужчина, но, как оказалось, рано.
Меня обманули.
Ладно хоть глаза не закрыла — это был бы позор.
