- Простите, так глупо вышло, - виновато опустила глаза я.
Мне и правда было очень неудобно перед этим человеком. Мало того, что я забралась в его дом, так я еще и решила, что он маньяк.
– Я хотела найти телефон и позвонить мужу, я правда не собиралась делать ничего дурного.
- Я знаю, - голос его был спокойным и слегка убаюкивающим, - вот только нет у меня телефона, здесь вообще связи нет, лес все-таки.
- Да, мобильный не подает признаки жизни уже очень давно, - подтвердила я его слова.
- Здесь везде залежи метала, - пояснил Альберт, - вот связь и глушит. Но вы не переживайте, милочка, у меня есть машина и я вас отвезу куда скажите, но сначала давайте отдохнем немного, вы, как я понимаю, много сегодня прошли, да и я хорошо прогулялся. Так что немного отдыха нам не повредит, - он долил мне еще чая из заранее принесенного заварника, - тем более у меня редко бывают гости, потому я не хочу вас так сразу отпускать.
Невольно я снова уперлась взглядом в портрет девушки, что висел на стене. Теперь я могла хорошо рассмотреть картину. Да, художник славно над ней потрудился, нарисованная барышня была словно живая, её образ был проработан до малейших деталей. Даже спустя много лет, красота этой женщины завораживала.
- Нравится? – спросил Альберт заметив мой интерес.
- Да, очень красиво, - честно ответила я,- кто эта девушка? Вы её знали?
- Это моя Соломея, - с гордостью в голосе ответил он.
По тому, каким тоном он произнес это имя, все сразу стало ясно. Глаза его загорелись, а на губах появилась мечтательная улыбка. Это нельзя было спутать ни с чем другим. Мой новый знакомый когда-то был влюблен в эту девушку и любил её до сих пор.
- Единственная женщина, которую я когда-либо любил, и буду любить вечно, - подтвердил Альберт мои догадки,- хотите я расскажу вам о ней?
Может мне показалось, но в его голосе звучали нотки надежды. Словно, ему так хотелось поведать мне эту историю. Как я могла отказать старику в возможности вспомнить молодость? Это было малейшее, чем я могла отплатить ему за проявленную доброту.
- Конечно, - согласилась я и приготовилась слушать.
- Мы познакомились, когда мне было шестнадцать, - начал он свой рассказ, - и я влюбился в неё с первого взгляда! Она была божественно красива! Первый раз, когда я ее увидел, то подумал, что мне померещилось, она была похожа на богиню, сошедшую с небес, я помню все, будто это случилось сейчас… Мы жили в маленьком городке на юге страны, потому приезд новых жителей был настоящим событием. С самого утра мы с другими мальчишками караулили их у автобусной станции. Тем более мы знали, что к нам едет семья эмигрантов из Польши, а никто из нас раньше не видел живых поляков. Так что можете себе представить, какой ажиотаж вызвало их появление. Я помню, как она сошла с поезда… На ней было длинное белое платье, аккуратная шляпка мило прикрывала её золотистые локоны, а губы… - Альберт перевел взгляд полный любви на портер . - Губы у неё были как спелые вишни… Нет, не подумайте, что она красила их, как те вульгарные девицы из моего класса, - поспешил добавить мужчина, - у Соломеи такие губы были от природы.
Он сделал небольшую паузу и посмотрел на портрет, из уст его вырвался тяжелый вздох, должно быть он отдал бы все на свете, чтобы снова пережить момент встречи с этой девушкой.
- Она вышла из поезда в сопровождении своего отца и матери, - продолжил Альберт свой рассказ, - в тот миг она так серьезно посмотрела на меня своими голубыми глазами, что… - он снова запнулся, – у меня даже коленки затряслись, а сердце забилось сильно-сильно. Помню, я даже испугался тогда, подумал, что у меня инфаркт. Мне было всего шестнадцать, откуда я мог знать, что такое любовь? – он сделал небольшую паузу и снова зачаровано посмотрел на портрет. - Спустя немного времени я начал за ней ухаживать. Хотя, как я мог ухаживать? Я был бедным мальчишкой из неблагополучной семьи. Все, что я мог себе позволить - это букет полевых цветов да шоколад по праздникам… Но она отвечала мне взаимностью, хотя с её красотой могла выбрать себе более завидного ухажера. Мы много гуляли и постоянно говорили. О книгах, о её родине, да про все что угодно… В наших отношениях не было ни намека на физическую близость, мы даже за руки не держались, но нам это и не нужно было, главное, что наши души были едины. Как только я закончил школу, то сразу сделал ей предложение. Как я гнул спину на стройке, чтобы купить ей кольцо! – странно, что об этом он говорил с довольной улыбкой, хотя лично я не видела ничего приятного в каторжном труде. - Не спал по ночам, валился с ног, - продолжал Альберт, - но у меня была высшая цель, и она придавала мне сил. В конце концов, я купил ей самое дешевое колечко, но она приняла его так, будто я бросил к её ногам целую кучу бриллиантов!
