— Эй-эй, — дворф поднял руки вверх и отклонился от девушки. — Спокойно! Я просто хотел познакомиться. Извини!
Моментально он пересел за свой стол и стал обнимать одну из куртизанок.
— Ты в порядке? — спросил Матвей, но не успел услышать ответа.
Раздался громкий хлопок и звук разбитого стекла.
Охранявшие дверь напряглись, один заглянул внутрь спальни, тут же показал напарнику жестом, что надо уходить. Меланхоличная песня в исполнении девушки продолжала звучать со сцены. Двое быстрым шагом направились к выходу из «Кентавра». Матвей не обратил на них внимания — был поглощён мыслью, что перед ним предстанет труп Михаила Александровича. Следом в голову ударила мысль, что исполняется единственный негативный сценарий. Руки похолодели, стали липкими от пота. Прикрытая дверь спальни распахнулась перед ним. Покрытый брызгами крови и шмотками мозгов, полностью обнажённый чиновник смотрел на оперативника широко раскрытыми от ужаса глазами. Позади, на полу, в луже крови лежала женщина. Суккуб оттолкнула Михаила Александровича и побежала вглубь по коридору.
— Какого хера? — спросил чиновник. — Где ты был?
— Что случилось?
— Я толком понять не успел. Вломилась вот эта, — чиновник показал рукой на труп, — сказала, что ничего личного, и наставила на меня ствол. Я в отключке был, сообразить толком не успел, очухался от выстрела. Её кто-то из снайперки снял.
— Одевайтесь, я пока всё разрулю с хостесс. Деньги?
— Вот, — дрожащей рукой Михаил Александрович передал Матвею пачку купюр.
— Давайте живо.
***
Хостесс приняла внушительную сумму денег за предоставленные неудобства с благодарностью. Матвей попросил, чтобы их имена и описания по приезде полиции не упоминались, на что получил снисходительную улыбку. Полиции не будет.
В гостинице Матвей попросил Элину собрать вещи, сам в номере у Михаила Александровича расспрашивал чиновника о подробностях инцидента.
— Я тебе уже всё сказал, — злился чиновник. — У меня нет здесь врагов, меня никто не знает. Ты мне скажи лучше, где был ты? Как ты их не заметил?
— Тёрлись какие-то черти у бара, откуда я мог знать? Подошли к бармену, спросили про вас, понимаете? Им нужны были вы. Зачем?
— Да почём я знаю? Ты оперативник — вот и разберись. Хер ли ты от меня-то хочешь? Я тебя ещё раз спрашиваю, где был ты?
— За столом.
— За столом, блин. А должен был пулей ко мне!
— Слушайте, началась заваруха, какие-то бухие дворфы докопались до Эльки. Всё слишком быстро произошло.
— И что, разрулил с ними?
— Да.
— Молодец. А я из-за твоей девахи чуть не подох.
— Не называйте её так, она моя жена.
— Да мне по херам, веришь, нет?
— Что я мог ещё сделать?
— Ручки в ножки и спасать мою задницу! — крикнул чиновник.
— Послушайте, я понимаю ваше негодование, но я сделал всё, что мог сделать в той ситуации. Вы в порядке — это главное. Но убить хотели вас. Вас, понимаете.
— Ага. А твоя работа — меня охранять, и ты с ней ни хера не справился! А всё потому, что вместо того, чтобы думать о работе, ты думал о своей ненаглядной жёнушке.
— Михаил Александрович, это не так. Это какая-то нелепая случайность. Я составлял сценарии на это задание. Ни мне, ни аналитикам не пришло в голову, что на вас будет совершено покушение. И уж точно никто не мог предположить, что вас спасут. Кто это был? Может, есть предположения?
— Да по херу. Главное — я живой. С остальным уже будем разбираться по приезде. А теперь иди отсюда, ты действуешь мне на нервы.
— Михаил Александрович…
— Я что, не по-русски говорю? Иди отсюда. И чтоб до перехода я тебя не видел!
— Михаил Александрович…
— Вон! — крикнул чиновник и бросил в сторону Матвея стеклянный стакан. Он ударился об стену справа от оперативника и разлетелся на множество осколков.
Матвей вышел из номера.
Ситуация укладывалась в голове с трудом. Кто-то знал, что чиновник будет в «Кентавре». Возможно, их подслушали. Возможно, проследили. Перед глазами всплыл образ женщины, пьющей кофе с утра в ресторане гостиницы «Империал». Нападавшие напомнили кого-то Матвею, по своему поведению они чем-то походили на сотрудников службы, хотя, может, это дорисовало воображение оперативника. Одним выстрелом нападавшей женщине снесло полчерепной коробки, Матвей не успел разглядеть её лица. Стрелявший знал о покушении на чиновника и спас его.
***
Эля совершила переход двумя часами ранее, Матвей прекрасно понимал, что его афера раскроется, как только они окажутся в родном объекте. Михаил Александрович не шёл на контакт. По дороге к точке перехода чиновник с каменным лицом прокручивал в голове сложившуюся ситуацию, при взгляде на Матвея его глаза наливались яростью.
Совершив переход, Михаил Александрович приказал встречающим его сотрудникам службы следовать за ним и прихватить с собой Матвея. Они отправились прямиком в здание НИИ на Профсоюзной улице, где Раскалову и Кашалотову сообщили о произошедшем.