— Я ничего тебе не скажу, Рыжий, так что просто убей меня.
— Конечно скажешь. То, что я вколол тебе, и то, от чего ты стал чувствовать себя лучше, — амитал-натрий. Запоёшь как соловей.
— Сука, — пытался крикнуть Матвей. — Это запрещено!
— Кому? Идёт война, на войне все средства хороши.
Рыжий подвинулся вплотную к обездвиженному Матвею.
— Я знаю, что вы что-то задумали. Ты не обсуждал это с нашими. Не доверял? Как видишь — правильно. Но ты давно прорабатывал захват власти. Как? У вас нет сил и нет должного оснащения. Расскажи мне.
— Силовики, — голос Матвея казался задорным из-за действия препарата, но говорил он не спеша, — мы нашли единомышленников в рядах силовиков. Многие недовольны корпорацией так же, как и мы. У них есть жалование, но нет никаких гарантий. Ты удивишься, как много таких, как мы. На нижнем, на верхнем. Они среди них. Ждут команды. И тогда настанет час расплаты.
— Ты сумел вбить в их головы свои идиотские идеи, потрясающе!
— Ты идиот, Рыжий. Груда бесполезного металла. Я дал им надежду. И веру.
— Веру во что?
— В новый век. Ты наверняка думал только о своей заднице и даже не предполагал, скольких силовиков ужимает корпорация. Как они рискуют своими шеями ради прихотей властных толстосумов. А у них дети. Жёны. Матери. Какое существование у них при текущем правлении? Жалкие гонорары да выходное пособие, если доживут. А если нет — их семьи окажутся в нищете на задворках нижнего уровня.
Матвей посмотрел куда-то сквозь потолок.
— Кто ваш человек? Мне нужны имена.
— Роман Елистратов, лидер сопротивления с их стороны. Его дочь погибла из-за корпорации. Девочке отказали в страховке, и она умерла. Как ты думаешь, тупой ты выродок, сколько тех, кто пострадал от действий «Мега-Тех»?
— Сколько?
— Больше двух тысяч. Больше двух тысяч вооружённых, озлобленных силовиков ждут команды, чтобы начать штурм.
Рыжий отклонился на табурете.
— Можно я тебя кое о чём спрошу? — Матвей, превозмогая действие препарата, едва повернул голову. — Почему ты за этих ублюдков? Зачем тебе это?
— Ты не видишь дальше своего носа, лидер, — Рыжий улыбнулся титановыми вставками, — я предпочитаю быть на стороне победителей. Знал ли ты о существовании альтернативных реальностей? Других миров, не похожих на наш?
— Что за глупости? — искренне удивился Матвей.
— Это основной заработок «Мега-Тех». Есть одна параллельная вселенная, мы с ними торгуем. Они дают нам золото, платину, ресурсы, а мы им технологии. Всё просто как дважды два. Рабочий как дорогие часы механизм. Ты хочешь вынести всю верхушку корпорации к чёртовой бабушке, многие пострадают. Не только в нашей реальности.
— Тебя коротнуло, и ты сошёл с ума.
— Отчего же?
Рыжий отодвинулся в сторону, лидер «Нового века» увидел, как открывается входная дверь и в комнату заходит мужчина. Чем ближе мужчина приближался к Матвею, тем больше расширялись от удивления его глаза. Перед ним стоял он сам. Рост, телосложение, форма лица, шрам — перед Матвеем Фёдоровым стояла точная его копия.
— Как? — выдавил из себя Матвей.
— Тебя это волновать не должно, — ответил Рыжий, — нового века не будет, друг мой. Ты думал как мелкая сошка, не задавшись вопросом: какая истинная цель корпорации? И это твоя ошибка. Ты попёр войной на тех, у кого влияние и весомая поддержка. Мне жаль тебя по-своему. Но это уже не твоя проблема.
Рыжий поднялся с табурета и положил биомеханическую руку обездвиженному Матвею на лицо. Одно лёгкое движение металлических пальцев — и голова лидера «Нового века» лопнула под ними, запачкав Рыжего и стены кровью.
— Это было необходимо? — возмутился оперативник. — Зачем вот так?
— Ты чего такой нервный? — спросил в ответ Рыжий и улыбнулся, вытирая металлическую руку замызганной тряпкой. — Ты хотел оставить его в живых? Нет, брат, указания чёткие: допросить, обнулить, а ты займёшь его место.
Громила встал и начал заворачивать тело в заранее подготовленный полиэтилен.
— Ты только представь, — продолжил он, — что могло случиться, если бы мы его в живых оставили? Рисковать нельзя.
— В сценарии про убийство ничего не сказано…
— Каком сценарии?
— Не важно. Что теперь?
— Теперь ты — это он. А товарища мы сейчас кремируем, и поминай, как звали.
— Роман Елистратов, — протянул Матвей. — Нужно с ним встретиться. Обговорить детали восстания. Понять, насколько им можно манипулировать.
— Или убрать следом. Без лидера силовики, точнее предатели, не смогут ничего сделать.
— Или, наоборот, озлобятся ещё сильней.
Рыжий закинул завёрнутое тело на плечо, свободной рукой прихватил красную канистру и направился к выходу во внутренний двор многоквартирного дома. Матвей следовал за ним.
— Озлобятся? — спросил громила. — Ну, не знаю. Нет, ты, конечно, прав. Могут.
Рыжий сделал несколько шагов к металлическому мусорному контейнеру, осмотрелся по сторонам и, убедившись, что в небольшом дворе они одни, скинул тело внутрь.
— Могут, — согласился Матвей, — а значит, в любой момент отдадут приказ на штурм. Нет, здесь нужно быть хитрее. Каким-то образом убедить их.
— А как ты их убедишь? Этот же сказал, что у них мотивация. И всё тут.