— Считай, что это задание. Пусть и такое… несуразное, что ли. А твоё дело я кому-нибудь передам.
Матвей подбирал слова, в кабинете повисла неловкая пауза.
— Ладно, если откажешься — тоже пойму. В конце концов, ты и правда не в няньки нанимался. Ну что, скажешь? — Кашалотов сделал глубокую затяжку и выпустил дым вверх, в ожидании ответа Матвея…
Если вы считаете, что Матвей должен отказаться от неожиданного задания Кашалотова, переходите к главе 4а.
Если вы считаете, что Матвей должен согласиться выполнить неожиданное задание Кашалотова, переходите к главе 4б.
Холодный ночной ветерок пробился через открытое окно в спальню и беспардонно ударил Матвея в лицо. Резкий глоток свежести заставил юношу вылезти из тёплой постели и закрыть окно. Он бросил взгляд на электронные часы на комоде — до звонка будильника оставалось тридцать минут. Матвей решил, что ложиться, чтобы через полчаса проснуться ещё более разбитым, — бессмысленно.
Где-то за окном слышалось шарканье металла по асфальту. Звук, знакомый всем жителям города с детства: дворник убирает лопатой первый выпавший снег.
В Москве снег — всегда неожиданность, даже если выпадает тогда, когда должен. Водители выезжают на улицы города, не переобувшись в зимнюю резину, присоединяются к празднованию дня жестянщика. Студенты сетуют на замёрзшие ноги, решив, что в осенней обуви ещё нормально, да и что там — до метро добежать. Офисные клерки сокрушаются по поводу неизбежного наступления короткого светового дня. Всё циклично. Ночь растворится, как только наступит утро. Холодная зима сменится воскресающей весной, переходящей в дарящее надежду лето, которое капитулирует перед дождливой осенью. Человек не влияет на эти процессы. Человеку остаётся лишь каждый раз удивляться выпавшему в середине ноября снегу.
С этими мыслями Матвей отправился в душ. Ещё не проснувшись, он включил воду, засунул в рот зубную щётку и встал под горячие струйки. Моментально всплыл в голове вчерашний разговор с отцом. Следом в памяти промелькнуло новое задание от Кашалотова. Мозг потихоньку возвращал Матвея в реальность из полусонного состояния.
В холодильнике оказался только десяток яиц и просроченное молоко. Зато на столе осталось печенье, которое привёз Фёдоров-старший, — чем не отличный завтрак? Выпив кофе и закинув в рот пару печенек, Матвей решил не тянуть и набрал номер отца.
— Доброе утро, — послышался бодрый голос. — Как спалось?
— Привет, пап. Спасибо, отлично. Ты как?
— Сегодня спина что-то разболелась. Но Лиза за мной ухаживает. Тебе привет, кстати.
— Ей тоже, — Матвей сделал паузу. — Пап, по поводу нашего вчерашнего разговора…
Евгений Николаевич затих, ожидая новостей.
— Я тебя прошу, не обижайся, но помочь не смогу, — Матвей почувствовал, как потеют ладони. — Пойми, я — действующий оперативник. В академии каждый считал своим долгом напомнить, что я — сын легендарного Евгения Фёдорова. А потом — на службе. После К7-217 они поняли, что я чего-то стою. Откажусь от дела — на меня повесят клеймо мальчика на побегушках у папочки.
— Честно скажу, я ждал другого ответа. Ты на хорошем счету, и правда отлично справился с тем делом, но…
— Пап, — перебил Матвей, — я отправлюсь в десятую. Ты наверняка слышал о пакте.
— Да, мне доложили, — Евгений Николаевич сделал небольшую паузу. — Что ж, там будет Раскалов. С карьерной точки зрения — это мудрое решение. Ты действительно положительно зарекомендовал себя. Я немного расстроен, но пакт с К10-11 — большой шаг для организации. Я горжусь тобой, Матвей.
— Спасибо за понимание.
— О чём речь, сынок? Ты молодец. У тебя всё получится, — в голосе Евгения Николаевича не слышалось разочарования. — Береги себя.
Матвей нажал на кнопку завершения вызова. Вечером того же дня он должен на «Сапсане» доехать до Санкт-Петербурга. В северной столице его встретит машина, отвезёт в сторону Гатчины, где в одном из заброшенных строений совершится переход. Условие принимающей стороны.
В оставшееся до поезда время Матвей решил освежить воспоминания о десятой классификации и об объекте К10-11. Оперативник заварил чёрный кофе, добавил две ложки сахара, открыл рабочий ноутбук. В СКАР существовала структурированная база данных с описаниями классификаций и объектов, чтобы сотрудники могли удалённо изучить их тонкости, особенности, различия. Доступ к базе, естественно, сильно ограничен — взломать её или украсть данные не представлялось возможным по причине использования технологий из более развитой классификации. Матвей сделал глоток бодрящего напитка, на автомате вбил семнадцатизначный пароль. Система поприветствовала его и выдала меню, оперативник выбрал из списка классификаций десятую, затем нужный объект.